«Оно тебе так нужно?»
Да.
«Тогда дам. Когда мы выберемся отсюда, я смогу дать тебе всё, что пожелаешь. Смогу отселиться в кого-то другого. Или отселить твой разум. Как сама решишь».
Я не верю ей. Не верю.
Но в мыслях то и дело вспыхивают разрозненные картинки, вгоняющие меня в состояние глухой тоски и безнадёжности. Мамины придирки, наши ссоры. Слова на-агаров. Тогда, когда они меня ей отдали. И сегодня, когда Са-ард угрожал мне…
А потом в новом воспоминании я внезапно вижу, как Шоа-дар нагибает над столом в пищевом отсеке на Саяре биосинтезоида с моим лицом. Чувствую внутреннее сопротивление, ошеломление, страх. Знаю, что чувствовала себя так, когда была в этом теле. И не могла ничего сделать. Не могла контролировать ситуацию. Не могла защититься. А он…
Просто воспользовался мной, как резиновой куклой. А когда я взбунтовалась и сбежала, они с братом гоняли меня по кораблю, как дикое животное.
Вот это я хотела вспомнить? Такое знакомство с любимыми?
Ты для них игрушка. Только и всего.
Мы отомстим. Вместе.
За что?
За всё.
Что-то во мне ломается. Очередной барьер между мной и ею.
Сколько времени прошло? Час? Два? Вечность? Дрожь уходит, уступая место ледяному опустошению. Так не больно.
− Отсюда невозможно сбежать, − опустив руки, я сажусь на своей лежанке. Смотрю на дверь.
И практически сразу понимаю, что это ошибочное утверждение. У меня есть ключик, способный вытащить меня отсюда. Ключик, который на-агары вознамерились уничтожить. Но мы им этого не позволим.
Закрыв глаза, я плавно выдыхаю. И тянусь сознанием к тоненькой ниточке энергетической связи с телом, которое тоже моё. Телом, которым только мы теперь можем управлять. Даже на расстоянии.
Реальность будто двоится.
Я распахиваю глаза. Но вижу перед собой уже не свою камеру, а другое помещение. Похоже, это какая-то лаборатория. В ней мрачной тенью скользит Са-ард.
Скосив взгляд, я понимаю, что стою обнажённая в каком-то резервуаре. Ко мне подсоединены датчики, провода. Голова зажата, будто в тисках. Кажется… кажется, я снова перенеслась сознанием в куклу.
24.2
Но испугаться этому факту я попросту не успеваю. Сознание снова подчиняет чужая воля, затапливая мрачной решимостью выбраться отсюда, чего бы мне это ни стоило. И вытащить второе своё воплощение, пока что смертное и более немощное, но очень нужное.
Прикрыв веки, я тщательно анализирую свои ощущения. Резервуар наполнен каким-то эфиром, притупляющим мои чувства, блокирующим энергетические колебания внутри. Руки не скованы. Ноги тоже. Это они зря. Всё остальное не проблема.
Подняв взгляд, теперь незаметно наблюдаю за Са-ардом. И улучив момент, когда он поворачивается спиной к моему резервуару, избавляюсь от всех игл и датчиков, подсоединённых к моему телу. Подступаю к прозрачной стенке. Провожу по ней ладонью. Прочная.
Губы кривятся в снисходительной усмешке.
Вам не удержать божество, мальчики. Это в человеческом теле я сейчас ничего толком не могу, пока оно не усовершенствованное и неспособно пропускать через себя такие энергии. А в этом… возможностей у меня немного побольше. Распрямив плечи, я прижимаю к прохладной поверхности уже обе ладони. Делаю глубокий и медленный выдох, закрываю глаза. И тяну на себя силы всех своих частичек, которые сейчас есть в этой вселенной. А потом начинаю впитывать в себя энергию пространственной изнанки этого мира, доступной только богарам и их избранным любимчикам, концентрируя всю собранную мощь в ладонях.
Когда я почти достигаю желаемого, мой упрямый змеёныш резко разворачивается, видимо почуяв неладное. Наши взгляды встречаются. Серебристые глаза ошеломлённо расширяются. А в следующий миг он молнией бросается ко мне, хватая со стола изогнутый клинок.
Поздно, милый.
Подмигнув ему с коварной улыбкой, я попросту взрываю резервуар, распыляя его на частички. Топорная работа. Но пока я не могу попасть в эту Вселенную в своём истинном обличии, придётся пользоваться лишь огрызками своего могущества.
На-агара слегка отбрасывает ударной волной, но он, сгруппировавшись, снова устремляется в атаку, выхватив из-за пояса ещё и кинжал. Я едва успеваю увернуться от стремительного клинка, проносящегося так близко от моей головы, что на пол падает белая прядь волос.