— Я не занимаюсь благотворительностью, — заявляет Боунс, и у меня внутри все переворачивается.
Отталкиваю руки Титана от себя и встаю, облокачиваясь на его стол.
— Я, блядь, не благотворительная организация. Я предлагаю тебе больше, чем ты хочешь.
Боунс отмахивается и встает во весь рост. Поднимаю глаза и тут же чувствую себя человеком, которого он хочет раздавить.
— Мы добьемся своего так или иначе, — просто говорит он и обходит свой стол.
— Диллан! — выкрикиваю его настоящее имя, оборачиваясь, чтобы посмотреть, как он идёт к двери. — Он собирается бежать. Я знаю, что у него есть деньги, чтобы заплатить вам, но он просто отказывается это делать. С такими ресурсами, как у него, вам его никогда не найти. Я – ваш единственный вариант.
Он улыбается мне. Жестокая и смертоносная улыбка, которая заставляет меня вспомнить, каким хладнокровным может быть этот жалкий ублюдок.
— Никто не может спрятаться от Королей, — заявляет он.
Поворачиваюсь к Титану. Он тоже всегда был грёбаным мудаком.
— Уэстон…
— Титан, — поправляет он меня.
— Серьезно? — огрызаюсь я.
Он скрещивает руки на своей твердой груди.
— Черт, вы, ребята, все те же старые добрые Короли! Самовлюбленные и заноза в заднице.
Взгляд Титана опускается на мои ноги.
— Я более чем готов трахнуть твою задницу, детка.
Рычу, разворачиваюсь и выбегаю за дверь с высоко поднятым подбородком, но слезы жгут мне глаза.
Я в полной заднице!
Боунс закрывает дверь и смотрит на меня.
— Установи слежку. Я хочу следить за его домом и резиденцией Йорка двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю. Если он выйдет отлить, я хочу знать.
— А Эмили?
Он возвращается за свой стол.
— Мне насрать, что она делает.
Я никогда не спрашивал, что между ними произошло, потому что не хотел, чтобы это выглядело так, будто мне не всё равно. Может, мне стоит.
— А что, если она всё равно устроит пожар?
Боунс открывает рот, а потом закрывает его.
— Ну… тогда мне не всё равно. Я не хочу смерти этого ублюдка. Мне нужны наши деньги.
— Она, кажется, в отчаянии. Чтобы прийти сюда, пришлось приложить немало усилий. Отказ причиняет боль, — он ничего не говорит. — Мы могли бы позвонить Луке, — предлагаю я. — Кросс помогал ему убрать собор. Мы могли бы заплатить начальнику пожарной охраны, чтобы он сделал то же самое с резиденцией Йорка.
Он вздыхает, проводя рукой по лицу.