— Где моя мама? — делаю шаг к кровати.
— Мисс…
— Где, блядь, моя мама? — кричу, сжимая руки в кулаки.
Он испускает долгий вздох.
— Коронер приехал и забрал её тело пятнадцать минут назад.
Моё сердце замирает. Я отступаю на шаг от его слов, как от удара кулаком в лицо. Коронер? Она мертва? Пятнадцать минут назад? Почему они меня не разбудили? Почему я не смогла попрощаться?
— У меня есть несколько вопросов…
— Убирайтесь, — шепчу, пока слезы застилают глаза.
— Мисс Йорк…
— УБИРАЙТЕСЬ НА ХУЙ!
Он просто стоит и не собирается уходить. Вместо этого он достает из кармана свой мобильник и набирает номер, поворачиваясь ко мне спиной.
Не могу дышать. Кровь стучит в ушах, а грудь сжимается. Я хватаюсь за неё и прислоняюсь к стене.
Она мертва?
У нас было больше времени. У нас ещё должно было быть шесть месяцев. Я только что похоронила своего отца. Теперь я должна похоронить свою мать. У меня никого не осталось. Теперь осталась только я. Эта мысль калечит меня.
Я игнорировала её и винила во всем. Но была ли это на самом деле её вина? Сколько всего сделал ей мой отец, о чем я не знала? У меня такое чувство, что у него была другая жизнь, которую он скрывал от меня. Чувствовала ли она то же самое? Теперь я никогда этого не узнаю.
Подъезжаю к резиденции Йорка и выхожу из машины. Взбежав по лестнице, вхожу, даже не постучавшись. Дверь была не заперта.
Я несусь вверх по лестнице в спальню и вижу Эмили, сидящую на полу. Она прислонилась спиной к стене, подтянула колени к груди и опустила голову.
Опускаюсь перед ней на колени.
— Эм? — протягиваю руку и провожу по её спутанным волосам.
Она отталкивает меня.
— Эмили? Посмотри на меня, — касаюсь её руки.
Она отводит её другой.
— Уходи, — бормочет она.
— Эмили…
Она вскидывает голову и, прищурившись, смотрит мне в глаза.
— Я сказала, убирайся на хуй, Титан! — кричит она. — Какого хрена ты вообще здесь делаешь? Почему все тебе звонят? — её голос срывается, и она опускает голову.
Моё сердце разрывается из-за неё и того, через что ей приходится проходить. Потеря обоих родителей в течение нескольких недель опустошила бы кого-угодно.
— Я здесь ради тебя.
— Ты мне не нужен, — её взгляд блуждает по комнате, но здесь только мы. — Мне никто не нужен, — Эмили отталкивает меня и поднимается на дрожащие ноги. — Я хочу побыть одна.