— Думаю, нам придется воспользоваться брелком, чтобы понять, какая машина чья.
— Нет, — сказала Лесли через мгновение. — У моей машины царапина на водительской двери. Она ближе к нам, так что можешь оставить свою машину здесь, — продолжила она тоном, не терпящим возражений. — Я за рулем.
Анна закатила глаза.
— Строгий голос мамочки на меня не действует, — сообщила она. — Меня воспитывал отец, очень логичный, спокойный человек, который объяснял все нормальным тоном. Когда он ругался, то делал это на латыни, в основном обращаясь к моему брату.
Лесли окинула ее взглядом.
— Единственный человек, которому я доверяю и который может безопасно доставить мою задницу туда, куда нужно, в данный момент учит второклассников умножать на два. Не против, если я поведу?
— Разве это было так сложно? — спросила Анна, подходя к пассажирскому двери.
— Анна, — сказала Лесли, — думаю, мы с тобой поладим. Просмотри эти файлы и выбери, с чего хочешь начать.
Между сиденьями лежала стопка папок. Четырнадцать новых папок разных цветов и одна выцветшая и потрепанная. Она открыла потрепанную папку и спросила:
— Одна тысяча девятьсот семьдесят восьмой год?
— Пятилетнего мальчика пытались похитить, но у него была большая собака, которая услышала его крик. И… — Лесли замолчала. — Прочти это досье и скажи мне, что думаешь.
Анна задумчиво начала читать.
— Это похоже на правду. Фейри не любят переезжать. — Так ей сказал однажды Бран. Некоторые фейри постоянно переезжали, но большинство оставались на одном месте, если могли. — По крайней мере, большинство из них. Они не стареют. — И фейри не меняют свои ритуалы, если только они не из Высшего двора. Подумать только, всего несколько лет назад она знала о фейри только из диснеевских фильмов. — Они не могут.
— Именно это и поведал нам Лидс. Он сказал, что мы представляем этого преступника слишком человечным. Лидс покопался в старых делах и нашел четыре подходящих случая, но только в одном из них ребенок сбежал от фейри. Мальчик уже вырос и до сих пор живет в районе Финикса. Он преподает высшую математику в университете штата Аризона. — Лесли вызывающе улыбнулась Анне. — Почему бы тебе не позвонить ему и не договориться о встрече?
Как оказалось, профессор Александр Вон как раз закончил два утренних урока и был свободен до конца дня. Они хотели встретиться с ним у него дома. И он был рад принять у себя агента ФБР и ее консультанта. Лесли и Анна должны добраться до его дома в Темпе примерно в одно с ним время.
Анна заверила его, что они буду благодарны за сотрудничество.
— Он не спросил, в чем дело, — заметила Анна, повесив трубку.
— Может, он любит разгадывать загадки, — сказала Лесли. — Множество людей помешаны на расследованиях преступлений. Может, ему скучно, одиноко или что-то в этом роде. Не будем строить догадки, пока не поговорим с ним.
— Так поступают все агенты ФБР?
— Так поступаю я. Если начать строить предположения, то можно многое упустить при допросе.
— Хорошо, — согласилась Анна. — Мы поговорим с профессором.
Лесли подъехала к дому, построенному в пятидесятых годах. Очевидно, они опередили профессора. Лесли, как и Анна, не соблюдала скоростной режим. Она приехала на пятнадцать минут раньше, чем рассчитал GPS.
Это был большой дом, но не в стиле глинобитных домов Юго-Запада, к которым привыкла Анна. Двор не был засажен кактусами, которые она видела повсюду. Маленькая лужайка перед домом заросла зеленой травой, а вокруг виднелись огромные старые деревья. Вероятно, благодаря тени от деревьев трава здесь выживала летом.
Старый, но в идеальном состоянии «Вольво» подъехал к дому, и из него вышел атлетически сложенный мужчина, его ярко-рыжие волосы были коротко стрижены. Он закрыл дверь машины и неторопливо оглядел их. Анна уставилась на него в ответ. Он выглядел слишком молодо для того, кому в семьдесят восьмом году было пять лет.
Он медленно подошел к ним и спросил:
— Чем я могу вам помочь, дамы?
— Вы профессор Вон? — спросила Лесли.
Он покачал головой.
— Нет. Кто вы? Почему вы ищете Алекса?
Рев двигателя привлек их внимание, и на подъездную дорожку рядом с «Вольво» с визгом въехал большой пикап черного цвета, украшенный ярко-розовыми языками пламени.