Анна фыркнула.
— Они сами заперлись. Я не знаю, кто заколдовал вашу маму и почему. Может быть, она сможет помочь с этим, когда…
— Ты боишься сказать, что если она… — он не закончил фразу.
— Все может пойти не так, — признала она. — Многие люди не справляются с изменением. Но у вашей мамы есть мужество и сила воли. Она боролась, чтобы защитить вас. По-видимому, она могла сдерживать заклинание, причиняя себе боль. Вот почему она была вся в порезах и почему ударила себя ножом, прежде чем сказать тебе забрать детей в комнату.
— Но она справилась, — настаивал Макс. — Почему они просто не вызвали скорую? Зачем ее изменять?
— Она спасла вас, — согласилась Анна. — Но нам потребовалось слишком много времени, чтобы добраться сюда. К тому времени, как Чарльз нашел ее, она умирала от потери крови.
Он сглотнул.
— Мама умирает? — спросила Маки.
«Черт возьми, — подумала Анна. — Я забыла, что малыши подслушивают».
— Я думала, она превращается в оборотня, как Анали Хостин, — сказала Маки. — Она умирает как миссис Гловер. Умереть — значит, исчезнуть навсегда. — Ее голос задрожал.
Младший брат заметил это и заплакал.
— Миссис Гловер была милой. Я любил миссис Гловер. Она давала мне конфеты.
Макс выглядел ошеломленным.
Анна собралась с духом и вымолвила:
— Я не знаю, кто такая миссис Гловер, но ваша мама сильная. Братец волк сказал мне об этом, а он никогда не лжет.
— Кто такой братец волк? — спросил Макс.
Анна не собиралась говорить посторонним о братце волке. Его присутствие смущало людей, даже тех, кто веками были оборотнями.
— Он большой волк, — сказала Маки. — Тот, кто заставил Анали Хостина слушаться.
Анна склонила голову набок, глядя на маленькую девочку, от которой пахло ведьмой от рождения и к тому же наблюдательной.
— Это был Чарльз, муж Анны, — подсказал Макс.
— Вы оба правы, — сказала она. — Это были Чарльз и братец волк.
— Ты зовешь своего мужа братцем волком, когда он в волчьем обличье?
Анна решила, что обсуждение технических вопросов снизит эмоциональное напряжение и, возможно, даст детям полезную информацию. Чарльз не будет возражать, ведь братец волк не был секретом.
— Нет, — сказала она. — Я зову Чарльза Чарльзом. И я зову братца волка братцем волком. Это не имеет никакого отношения к тому, как они выглядят, или к тому, что у них одно тело на двоих.
— Я заблудился в эпизоде «Доктора Кто», — произнес Макс без тени юмора. — Объясни мне.
— У оборотней, — объяснила Анна, — внутри две сущности. Человеческая и волчья. Но волк не похож на настоящего волка, он гораздо злее. — Как сказать ребенку, что его мама станет монстром? Может, ей стоило лучше все обдумать перед тем, как открывать рот.
— Как Невероятный Халк, — задумчиво протянула Маки. — Милая мамочка и мамочка-оборотень. Мы не должны беспокоить Анали Хостина, когда он сердится.
Анна мгновение смотрела на нее.
— Именно. Большинство оборотней пару лет учатся контролировать волка, как Халка.
— У прадеда тоже был братец волк? — спросил Майкл.