Восхождение Морна: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Побледневший церемониймейстер склонился над Камнем и повторил заклинание проверки. Руны вспыхнули, погасли, и старик повторил жест снова, уже медленнее, словно надеялся, что в первый раз просто ошибся.

Камень молчал.

— Дар определён, — сказал он наконец. — Артём Морн. Дар: «Оценка». Ранг…

Он замолчал, закрыл глаза и несколько секунд стоял неподвижно. Я видел, как шевелятся его губы, произнося то ли молитву, то ли ругательство. Потом он открыл глаза, посмотрел на символ над Камнем ещё раз, и по его лицу я понял всё, что мне нужно было знать.

— Ранг Е.

Зал не ахнул. Не зашумел. Просто замолчал — разом, как будто кто-то выключил звук. Четыреста человек в шелках и бархате, в орденах и фамильных драгоценностях, застыли на своих местах и уставились на меня с одинаковым выражением лица.

Я знал это выражение. Видел его тысячу раз в прошлой жизни, когда перспективный боец проваливал квалификацию. Смесь неловкости и облегчения: неловко за него, но хорошо, что это не я.

Где-то справа женщина в изумрудном платье прижала ладонь к губам. То ли сдерживала вскрик, то ли смех — с такого расстояния не разобрать. Мужчина рядом с ней вцепился в подлокотник кресла так, что казалось вот-вот его сломает. А в третьем ряду кто-то выронил веер.

Тишина продержалась секунд пять. Потом в дальнем углу кто-то хихикнул — коротко, придушенно, тут же зажав себе рот. Но поздно. Смешок разнёсся под сводами, как камешек, брошенный в стоячую воду.

И пошла рябь.

— Е-ранг, — услышал я справа. Женский голос, приглушённый, но не настолько, чтобы я не разобрал слов. — У «великого воина». Это же… это же просто…

Она не договорила, но договаривать было и не нужно.

— Пять поколений, — вторила ей другая, постарше. — Пять поколений великих магов. И вот теперь…

— Тише вы! Граф смотрит!

А он смотрел. Я знал это, хотя стоял спиной к родительской ложе. Чувствовал его взгляд затылком — тяжёлый, давящий, как свинцовая плита.

В зале тем временем творилось интересное. Я видел, как руки ныряют в складки одежды, как блестят грани маленьких кристаллов — артефакты записи, которые гости так старательно скрывали от охраны на входе.

Теперь они уже не прятались, так что уже к вечеру запись моего позора разойдётся по всем салонам столицы, а к утру дойдёт до провинции. Артём Морн, герой и спаситель, несостоявшийся муж и будущий великий маг — оказался пустышкой с даром лавочника.

Прекрасно. Просто прекрасно.

Я обвёл зал взглядом, и это было как листать каталог человеческого лицемерия.

Граф Петров, чьих детей я спас прошлой ночью, внезапно заинтересовался узором на собственных манжетах. Очень важный узор, судя по тому, как внимательно он его изучал. Настолько важный, что поднять глаза на сцену совершенно не было времени.

Баронесса Северная, которая вчера целовала меня в лоб и называла спасителем, склонилась к соседке и зашептала что-то за веером. Обе тряслись от едва сдерживаемого смеха.

Генерал Громов, вчерашний «будущий защитник Империи, горжусь тобой, сынок», смотрел на меня с выражением человека, который только что раскусил протухшую оливку на дипломатическом приёме.

Тридцать секунд. Именно столько понадобилось, чтобы герой превратился в посмешище.

— Артём…

Голос Алисы прорезал шум зала, и я повернулся.

Она стояла в нескольких шагах от меня, и её пальцы уже работали над кольцом. Тянули его с безымянного пальца медленно, плавно, с той особой грацией, которую вбивают в благородных девиц с пелёнок. Каждое движение выверено, каждый жест на своём месте. Маленький спектакль одной актрисы для четырёхсот благодарных зрителей.

Надо отдать ей должное — выглядело всё очень правдоподобно.

— Мне очень жаль, Артём, — она протянула кольцо на раскрытой ладони, и в голосе было ровно столько печали, сколько требовал момент. Ни каплей больше. — Но при таких обстоятельствах…

Фразу она не закончила. Повисла красивая, драматичная пауза — из тех, что так любят в дешёвых пьесах. Мол, сердце разбито, слова застревают в горле, но долг превыше всего.

Где-то в глубине сознания шевельнулись чужие чувства. Воспоминания Артёма, мальчишки, который жил в этом теле до меня.