— Верн сказал, что пора начать наносить визиты… Я бы хотела навестить родных, если ты не будешь против, Вэл.
— Конечно, не буду. Возьмешь коляску и ездишь…
— Спасибо, — Аликс осторожно пододвинула газету Вэлу и замерла, бледнея. Только сейчас ей попалась на глаза заметка на последней странице, там, где печатают некрологи.
«Семейство Мейсон с прискорбием сообщает о смерти их дочери Габриэлы…»
— Аликс?
— Алиш?
Это прозвучало одновременно из уст Вэла и Йена — не заметить, как побледнела девушка, было сложно.
— Моя подруга… Моя лучшая подруга умерла…
Глава 3. Маг смерти Оден
В магомобиле Йен даже поспал. Мерный, плавный ход его убаюкал, даря сон без боли и помогая восстановить силы — все же он слишком рано встал с кровати. Предательская слабость нет-нет да и наваливалась на него. Хотя он привык так жить — он был один, без поддержки, и любая слабость вела к падению на дно города, чего он позволить себе не мог.
Дари пригрелась в него левой ладони, тоже подремывая — последнее время со сном у всех были проблемы. Магомобиль проехал через всю Примроуз-сквер, пересек Даркери по мосту и вырвался в Новый город, набирая скорость на прямых проспектах, а потом снова теряясь в узких, запруженных транспортом улочках Университетского города. Быстрее было бы, конечно, на метро, но Вэл совершенно лишенным хоть капли юмора голосом предупредил перед поездкой:
— Никакой Трубы — ты, Йен, и Труба плохо сочетаетесь в последнее время. Я боюсь, что ты своим магическим зрением опять обнаружишь какую-нибудь хтонь и рванешь в Священном походе против неё. Снова без меня. Так что магомобиль, пока не выздоровеешь.
Аликс при этом тихо, но одобряюще улыбалась, стоя рядом с Валентайном.
До Университета добрались через полтора часа, если не больше. Шофер лихо припарковал магомобиль перед центральной лестницей и помог Йену выйти:
— Удачи, лэс. И не беспокойтесь, я вас буду ждать.
— Спасибо, — немного смущенно кивнул Йен — он не привык к такой жизни. Он оглянулся на любимую площадь перед Университетом и вдохнул особый, пропитанный магией и желанием учиться воздух.
— Все хорошо? — тут же поинтересовалась Дари, зависая перед лицом Йена.
— Все хорошо, — подтвердил он. — Я люблю это место. Я тут… Словно дома. — он принялся подниматься по лестнице мимо статуи Маржина Величественного. Сейчас положение Йена позволяло войти и через центральный вход — он был маг, а не какой-то констебль. Впрочем, лучше бы он воспользовался боковым входом — было бы быстрее, чем пробираться через многочисленные переходы и коридоры на кафедру истории магии.
Профессор Галлахер ни капли не изменился — был все такой же благодушный и занятой. При виде входящего Йена, он лишь сдвинул гогглы на лоб, снова склоняясь над конторкой, где лежал какой-то манускрипт, пожелтевший от времени и пропахший плесенью.
— О, Эль Фаоль! Проходите, проходите… Я вас ждал…
Кажется, вины за собой профессор не чувствовал.
— Садитесь, — он махнул рукой на многочисленные стулья, все так же занятые книгами. — Если найдете, куда…
Он впервые в упор посмотрел на Йена:
— А вы выглядите лучше, чем мне говорили. Я слышал, что вы сильно пострадали от укуса паука. — Его глаза опустились на правую руку, уложенную в треугольную поддерживающую повязку. — М-да… Сильно болит?
Йен вежливо улыбнулся:
— Нет, спасибо.
Как бы не была велика слабость, садиться тут он не будет — он не доверял профессору ни капли. Дари спряталась где-то под потолком, страхуя Йена.
Галлахер снял с себя гогглы и поучительным, с трудом переносимым Йеном тоном, отчитал его:
— Для мага руки — это все. Малейшие движения пальцев рождают магию. Неуклюжие пальцы могут не раз подвести вас. Было весьма неосмотрительно так рисковать, Эль Фаоль… — Он скривился и закончил весьма странно: — И я вижу: вы все еще злитесь на меня за то, что я вас сдал Маккею. Ведь так?
Йен, держа голос под контролем, тем не менее признался: