В дороге до Университета Йен умудрился даже поспать — Вэл скорость снизил, не особо гоня — артефакторщики и подождать могут, в отличие от Йена, который этой ночью почти не спал.
Площадь перед Университетом была пуста, студенты или разъехались по домам или уже во всю праздновали очередной день Прощания с годом. Журчал фонтан, защищенный от холодов магией. Воздушников почти не было. Йен сонно потянулся в кресле и зевнул:
— Вэл, вот скажи, как так бывает… По легенде Маржин именно сюда принес ларам дары Лесного короля, именно тут началась славная история Равных лар, сидевших за одним столом.
— И?..
— А по другой легенде, лары заседали за столом Равных на левом берегу Магны, там, где Парламент нынче стоит.
Вэл усмехнулся:
— Все очень просто. Люди обожают лгать. Только и всего. Да и какая разница, где на самом деле стоял стол Равных? Университет долгие столетья был на территории Заповедного леса. Эти земли всего полвека как наши. Красивую же легенду про Маржина и магию придумали, чтобы оправдать бойню за Заповедный лес и исконное право распоряжаться Университетом. Люди обожают лгать, тебе ли не знать. — Он открыл дверь и вышел из магомобиля.
Йен вылез следом, чуть горбясь от резкого ветра, слишком холодного после тепла салона. Небо все же разродилось колким, противным снегом.
— Теперь эта площадь для меня будет чуть иной… — признался Йен.
Вэл мягко сказал:
— Прости, если разрушил любимую легенду.
— Я взрослый, переживу. — Йен направился мимо памятника Маржину к главному входу, глазами ища Райо — вдруг у воздушника проснется совесть, и он объявится. Йен даже на крыльце постоял в ожидании Райо. Выяснилось, что совесть воздушникам не присуща. Впрочем, это было ясно и по Аирну.
Вэл шел рядом. Уже привычно рядом. И пахло от него дубом и огнем, но запах уже не тревожил Йена, почему-то вызывая стойкое ощущение защищенности.
В гулком, пустом холле Университета их с Вэлом крайне нетерпеливо ждали — одетый в черную мантию невысокий мужчина лет сорока выразительно смотрел то на часы в своей руке, то на подходящих Вэла с Йеном. Вэлу стыдно не было ни капли — лары никогда не опаздывают, это остальные приходят заранее. Мужчина, ждавший их представился, как Эндрю Дентон, Мастер артефакторщик. У него были невыразительные, абсолютно не запоминающиеся черты лица, серые глаза, скрытые за круглыми очками, и незнакомая Йену магия. Он завороженно рассматривал, как в сердце артефакторщика клубятся странные серые потоки магии, чем-то напоминавшие потоки смерти, только у Мастера они иногда вспыхивали алыми огоньками, что магии мертвых нехарактерно. Подмывало спросить, что за магия у Мастера, но Йен привычно подавлял любопытство — оно до добра не доводит.
Добраться до артефакторной, расположенной в отдельном крыле, оказалось сложным делом — пришлось пройти через два поста охраны, показывая каждый раз свои документы (даже Дентон был вынужден это делать), и через защитную сеть, поразившую Йена своей красотой. Он надолго замер, рассматривая радужные переливы плетения, перегораживающего проход в коридоре у второго поста охраны. Надо заметить, плетение было очень изящным, с мелкими ячейками, так что и воздушник не пролезет, и очень прочными — Йен попытался под внимательным, если не удивленным взглядом Дентона потрогать сеть, ведь нельзя исключать, что именно Кайо мог обокрасть артефакторную.
Дентон пояснил, проходя через защиту:
— Сеть очень крепкая. Её возводил еще Маржин. Да-да, сам Маржин. Уже тогда было ясно, что амулеты требуют защиты.
— Кто следит за целостностью сети? — тут же спросил Йен, пытаясь пройти через защитное плетение и резко замирая — сеть плотно окутала его, вдобавок сработала сирена — завыло так, что Вэл поморщился и быстро сказал:
— Тайный совет имеет право на ношение любого амулета без разрешения. Амулеты, имеющиеся у дознавателя Вуда, проходят по делу об убийстве воздушника Кайо.
Йен чуть подался вперед, и сеть послушно потянулась за ним, то ли сопротивляясь, то ли пытаясь его пропустить. Только проверить точно не удалось — Дентон обнажил левое запястье и нажал что-то на широком браслете, украшенном множеством камней. Гул тут же стих.
— Видите, работает отлично, и на внос, и на вынос. Покажите, пожалуйста, амулеты, дознаватель Вуд.
Йен достал оба амулета — и из дома Мактомаса, и выкупленный у Тотти.
— Надо же… — Дентон даже руку протянул, но Йен не позволил взять амулеты. — Кажется, это наше. Пройдемте в кабинет, там будет удобнее.
Йен напомнил, убирая амулеты обратно в карман пальто:
— Вы не ответили на мой вопрос: кто проверяет целостность сети?
— Я и ректор Девид Стиллз. Раз в год приезжают умники из Тайного совета. И маги Центрального участка, словно они что-то способны понять в творении гениального Маржина. — Дентон открыл дверь и первым же вошел в кабинет. — Вы, кстати, первый, кто действительно оценил красоту сети. И, пожалуй, единственный, кто её реально увидел. Все нынешние маги, даже я, не способны её разглядеть без специальных приборов.
Он подошел к одной из полок, шедших вдоль стен, и снял с неё гогглы, протягивая Йену:
— Особая конструкция, обычные магические гогглы не способны показать сеть. Таких прибора всего три — у меня, у охраны на входе в отдел и у короля. И садитесь, садитесь, полагаю, разговор будет долгий и интересный.
Кабинет был огромный, с панелями светлого дерева, многочисленными полками и закрытыми магией шкафами, с Т-образным столом, с множеством стульев — видимо здесь проходили совещания.
Йен, покрутил в руках гогглы — он не разбирался в моделях и вернул Дентону: