Глава 43
С тяжелым сердцем Филипп закрыл клетку Кая и оставил его там. В одиночестве, мучиться сомнениями: выпустят ли демона когда-нибудь. И дурными мыслями. На душе у Филиппа лежал камень. Он знал, что должен совершить невозможное. Уговорить Андреаса выпустить Кая. А еще… попросить у него прощения. За все то, что натворил, пока был одурманен чужой магией.
— Филипп? Это ты? А я уже собирался идти тебя искать, — улыбнулся Андреас, подходя ближе к брату.
В комнате было почти темно из-за плотно задернутых штор. Филипп встряхнул головой, пытаясь привести мысли в порядок.
— А то ты так долго торчал рядом с этим демоном… Я уже переживать за тебя начал. И хотел приходить забирать оттуда! — продолжал улыбаться Андреас.
Филипп с усилием кивнул.
— Я… об этом и хотел поговорить, Андреас.
— О Кае? — не понял и нахмурился брат.
Филипп покачал головой.
— И не только о нем. Прости меня, пожалуйста, за всю ту боль, что я тебе причинил, пока был под действием чар. Ты так возился со мной… пытаясь наставить на путь истинный. Я вспомнил все, Андреас. Каждый момент, как до меня пытались достучаться и ты, и Элион. Но я так и не смог побороть чары и справиться один.
— Зато мы справились вместе, — Андреас подошел еще ближе к Филиппу и крепко его обнял. — Я так рад, что ты вернулся, братишка. Я скучал по тебе. Ведь мы с тобой не только братья, правда? Мы еще и друзья. Самые лучшие друзья друг для друга.
Филипп с усилием улыбнулся и выскользнул из крепких объятий Андреаса. А потом медленно, опустив голову, встал перед ним на колени.
— Прости меня, — хрипло и глухо пробормотал он, не поднимая глаз. — Я чувствую такую обжигающую вину внутри за все то, что совершил.
— Ну, что ты, Филипп?! — Андреас явно не ожидал такого покаяния, искреннего, отчаянного, он и сам опустился рядом с Филиппом на колени и встряхнул легонько его за плечи. — Я не виню тебя, брат. Поверь, — Андреас взял ладонь Филиппа и прижал к своему сердцу. — Чувствуй меня. Сердце не врет. Да, ты причинил немало боли и дал много поводов для волнения. Но это все в прошлом. А я постараюсь сделать так… чтобы чувство вины постепенно исчезло в тебе. Нужно время. И любовь. Поверь, я люблю тебя, брат. И Элион любит тебя. Она обязательно простит. Нужно только поговорить с ней. На колени вставать необязательно, — усмехнулся Андреас, помогая Филиппу подняться.
— Думаешь, есть шанс, что Элион меня простит? — испуганно спросил тот, совсем как в детстве, когда разбивал какую-то вазу и надеялся, что его не будут ругать.
— Конечно, простит, глупый, — тепло улыбнулся Андреас и потрепал Филиппа по отросшим темным волосам, как щенка. — Элион спряталась в замке… и она ждет тебя. Отвести тебя к ней?
— Да, пожалуйста! — вскинулся радостно Филипп, но быстро угас и с тревогой посмотрел на Андреаса. — Нет, подожди.
— Что случилось? — нахмурился Андреас.
Филипп расправил плечи, будто набираясь сил перед сложным для него разговором. И заговорил негромко, но отчетливо:
— Я хочу попросить тебя об одной вещи, Андреас. Очень важной для меня. Кай в клетке, но… не по-человечески это. Нельзя держать живого человека в клетке всю жизнь. Это и опасно. Вспомни, что случилось с демоницей? Ты едва смог ее спасти. Вдруг и наша клетка, даже безопасная по задумке, может навредить со временем? Я… хочу, чтобы ты позволил мне выпустить Кая. Обещаю, что буду за ним присматривать. А он даст слово и поклянется на крови, что больше никогда не применит свою магию и дар внушения ни на ком из нашей семьи. Ни на мне, ни на тебе, ни на Элион и наших детях.
Филипп мог выпустить Кая тайком. Взять слово, что тот уйдет в мир демонов. Но не хотелось лжи и игр за спиной.
— Нет! — поначалу даже дернулся Андреас и отшатнулся от Филиппа, будто тот протянул ему ядовитую змею. — Это… это Кай внушил тебе эту просьбу?
Филипп посмотрел на Андреаса так, словно тот его ударил. И поморщился горько.
— Все ясно, Андреас. Вот так ты мне доверяешь, выходит? Ладно. Я тебя понял. Я передам Каю твои слова. А сейчас, прости, мне нужно идти к Элион.
— Стой… подожди, — Андреас догнал Филиппа у самого порога и положил ладонь ему на плечо, задумчиво кусая губы.
Было видно, что сомнения терзали Андреаса очень сильно. Но глаза смотрели прямо и открыто.
— Я… поспешил с отказом, Филипп. Испугался, что ты снова попал под его влияние. Но сейчас, глядя в твои чистые и открытые глаза, я понимаю, что ты — это ты. И это твое искреннее желание. Я распознаю такое, Филипп. Ты… с самого детства был добр ко всему живому. Будь то птицы и звери или люди. Я… согласен. Надеюсь, я не пожалею о своем решении?
И медленно, с этими словами Андреас протянул Филиппу магический ключ, который брат ему отдал, как только вошел в комнату. Ведь клетка принадлежала Андреасу. Филипп недоверчиво улыбнулся и стиснул ключ в руке. По лицу было видно, что он едва сдерживается, чтобы не броситься на шею Андреасу и не обнять его, как в детстве, не задушить в объятиях.
— Спасибо, брат. Ты не пожалеешь. Обещаю. Я буду присматривать за Каем. Больше он не натворит дел. Он исправится. Вот увидишь.
— Горбатого могила исправит, — буркнул в сторону Андреас.