Авель увидел, как загорелись глаза Генри, когда он начал понимать, какие перспективы перед ним открывались, заключи он сделку с обеими сторонами.
— Но если Каин обнаружит это, то будет играть очень жёстко, — сказал Генри.
— Не обнаружит, — возразил Авель, — и потом, даже если и обнаружит, мы всё равно будем на два хода впереди. Как думаете, сможете справиться с такой работой?
— Попробую. А что вы хотите предпринять?
Авель понял, что Генри пытается выяснить, какова будет плата за его услуги, но он ещё не закончил.
— Я хочу получать письменные отчёты о состоянии дел на первый день каждого месяца, в которых вы укажете, акциями каких компаний владеет Каин, его обязательства перед другими компаниями и все подробности его личной жизни, которые только сможете разузнать. Я хочу, чтобы там было зафиксировано всё, даже то, что может показаться пустяком.
— Повторяю, это будет непросто, — сказал Генри.
— А тысяча долларов в месяц сделают работу проще?
— Полторы тысячи, конечно, упростят дело, — ответил Генри.
— Тысяча долларов в месяц на первые полгода. Если вы покажете свои способности, я увеличу эту сумму до полутора тысяч.
— Идёт, — согласился Генри.
— Хорошо! — Авель достал из внутреннего кармана уже выписанный чек на тысячу долларов.
— А почему вы были так уверены, что я соглашусь на эту сумму?
— Ну, не совсем так… — Авель достал второй чек, выписанный на сумму полторы тысячи долларов. — Если в течение первых шести месяцев вы покажете хорошие результаты, то потеряете только три тысячи.
Оба расхохотались.
— Ну, а теперь — к более приятным темам, — сказал Авель. — Мы победим?
— В бейсболе?
— Нет, на выборах.
— Ландон[2] включился в игру, чтобы подстегнуть своих. Но подсолнух из Канзаса не может рассчитывать на победу. Как сказал президент, этот цветок только снаружи жёлтый, а сердце у него чёрное, он годится на корм попугаям и никогда не доживает до ноября.
Авель опять рассмеялся.
— А как насчёт вас лично?
— Не беспокойтесь. Это место закреплено за демократами. Проблема состояла в том, чтобы выиграть номинацию, а не выборы.
— С нетерпением жду, когда вы окажетесь в кресле конгрессмена, Генри.
— Не сомневаюсь, Авель. А я с нетерпением жду дня, когда стану служить вам, равно как и моим избирателям.
Авель вопросительно поглядел на Осборна.
— Надеюсь, мне вы будете служить гораздо лучше, — заметил он, когда перед ним выкладывали стейк из вырезки размером во всю тарелку и наливали в бокал «Кот де Бон» 1929 года. Оставшуюся часть обеда они провели за обсуждением недавней травмы Габби Хартнета, четырёх медалей Джесси Оуэнса на Берлинской Олимпиаде и возможного вторжения Гитлера в Польшу.
— Никогда! — заявил Генри и начал вспоминать, как храбро сражались поляки при Монсе во время мировой войны.
Авель не стал комментировать его слова: он знал, что никаких поляков в сражении при Монсе не было.
Когда он вернулся вечером домой, Флорентина уже спала. Но она тут же проснулась и улыбнулась отцу, когда тот зашёл в детскую.
— Президанк. Президанк. Президанк.
[2] Альфред Ландон — кандидат на пост президента США во время избирательной кампании 1936 года. Проиграл вчистую Франклину Рузвельту. Подсолнух — символ Канзаса. — Пер.