Пепеляев взял ее за руку.
— Помнишь наши первые встречи? Кажется, ты любила меня? Правда? — допытывался он, переходя неожиданно на «ты».
— Да, — сказала она.
Он понял другое. Глядя на нее, такую легкую и хрупкую, ему представилось, что она помнит о первых днях с ним с сожалением, как о невозвратном, дорогом. Он разыскал: среди камней площадку мягкого моха и усадил ее, расположившись около ее ног.
Перед ними играла пенистая река, вся в блестках лунного света. Небо усеяно звездами. Молчаливые горы вытянули кверху свои голые вершины. Маленькие облачка скользили над ними. «Совсем кинематографический вид» — подумал он.
— Я не ожидал, что на севере такая красивая природа.
Она не ответила. Он придвинулся ближе к ней; она не отстранилась. Смелый в обращении с женщинами, привыкший к победам, Пепеляев решил испытать последнее средство: притвориться влюбленным.
— Александра, — сказал он, — мы жили вместе четыре месяца. Срок большой, чтобы хорошо узнать друг друга. Я люблю тебя, любил со всем пылом юности, любил, забывая все на свете. Не перебивай… Ты упрекаешь меня за последние дни… Да, я был несправедлив с тобой. Хуже: жесток. Был грязной свиньей. Все, все принимаю. Все твои обвинения. Не оправдываюсь. Я был неправ. Но пойми… Я изменился к тебе в те дни, когда мои дела были плохи. Не скрываю, я был тогда богатым человеком. И однажды я влип. Я потерял на одной поставке, — буду называть прямо: на одной афере, — все свое состояние, оставались, гроши…
Она думала в это время, что пора итти домой. Куда девались Нинка и муж? Не ушли ли они домой, чего доброго? Излияния Пепеляева в любви не вызывали в ней никакого чувства; ей было скучно. От реки было холодно; она дрогла в легком платье.
— Скажите, почему вы переменили фамилию? — оборвала она его длинную речь.
Он хмуро спросил:
— Вы сказали кому-нибудь об этом?
— Это разве тайна? Нужно скрывать?
— Вам нет дела до этого, — резко ответил он.
— Значит, я могу подумать…
— Вы сказали кому-нибудь? — повторил Пепеляев с угрозой.
— Сказала… подруге… и мужу… Знаете, я замужем…
— Какое мне дело до вас! — вскричал он. — Значит, мне здесь не быть?..
— Придется покаяться, — равнодушно ответила Александра, вставая и собираясь домой.
— Придется ли? — перегородил он ей дорогу.
— Пустите! — крикнула она с ужасом, заметив его угрожающее движение.
Нинка и Алексей вышли из-за кустов.
Пепеляев побежал крупными прыжками по камням вдоль берега реки. Алексей понял, что бегство Пепеляева было неспроста.
Пепеляев нырнул в кусты и скрылся из виду. Алексей кричал группе людей, шедших со станции. Они прибежали к нему. Он объяснил, в чем дело. Среди прибывших оказались Андрюха Шкутов и Венька Екимов, шедшие из клуба. Шкутов разволновался и, замахав руками, бросился вслед за Пепеляевым.
— Сюда, ребята, сюда! — кричал он на бегу.
Голос его еще долго звенел в кустах, метаясь из стороны в сторону. Наконец, он радостно заорал:
— Здесь… Здесь… Сюда, ребята!..
Заглушая его крик, раздался выстрел.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
— Недоставало, чтобы мы, инженеры, — ворчал Рудный, придя на собрание ИТР, посвященное продовольственным вопросам, — похлебкой занимались!