— А что это за зелье такое? — спросил генерал.
— Ой, — простонала я. — Это очень страшное зелье, которое, к сожалению, довольно легкой приобрести. Его может сварить каждый аптекарь. Но, к сожалению, многие из них не соблюдают рецептуру. Где-то чуть-чуть больше, где-то чуть-чуть меньше. Вроде бы и не видно, что что-то не так… Но последствия могут быть… ужасными. Открывается сильнейшее кровотечение. И женщины умирают от потери крови. Это ужасная смерть. Я предполагаю, что вашей дочери досталось неправильно сваренное зелье.
— Значит, это — вина аптекаря? А как узнать, у кого куплено? — спросил генерал, сощурив глаза.
— Они отличаются флаконами, пробками, бирками, — поморщилась я. — Я просто в этом очень плохо понимаю. Но я знаю ту, которая знает. Поищите мадам Брысь. Она лучше всех знает про зелья. Она способна понюхать пробку и сказать, настоящее оно или нет.
— Значит, она их варит? — настойчиво спросил генерал.
— Нет, она их перекупает, — терпеливо ответила я. — Если нужно добыть какое-то зелье или выйти на зельевара, узнать подлинность зелья, то лучше к ней. Я беру зелья только у нее. Потому что очень много подделок. А в больнице нет права на ошибку. Только так вы сможете узнать, у кого ваша дочь купила зелье. Или кто покупал зелье для вашей дочери. Я сомневаюсь, что она сама решила пойти в аптеку. Скорее всего, она кого-то оправила. Чаще всего это доверенный слуга или учитель. Он может даже не знать, за чем его отправили. Чаще всего это просто записка и деньги.
— Я вас услышал, — произнес генерал, задумавшись. — Значит, зелье мадам Рэдворд. Искать у мадам Брысь. Спросить у слуг.
Я вздохнула. Может, хоть это заставит его поехать домой.
— Но я не понимаю, неужели нет никакого способа привести ее в сознание? — спросил он. — Я бы все оплатил! Я бы достал, добыл…
— Я знаю, — выдохнула я. — Мне безумно жаль ее. Я помню, как несла ее на руках…
— Вы несли ее на руках? — удивился генерал, глядя на меня. — Сами?
— Ну, мы с Аэлитой вместе несли ее на носилках, — выдохнула я. — К сожалению, больше никто не помог. Я отправила Литу сбегать за помощью в ближайшую таверну. Но никто не согласился помочь…
— Как называлась таверна? — спросил генерал.
— Эм… Пу-пу-пу… — напряглась я, пытаясь вспомнить название. — Честно, не помню. Там мышь в пивной кружке сидит. Вывеска старая такая, потрепанная…
Генерал промолчал.
— Так вы поедете домой? — спросила я.
— Нет, я пожалуй, останусь с дочкой, — ответил генерал.
Я осторожно прикрыла дверь, чувствуя, что если сейчас не вздремну, то все пропало, поэтому отправилась предупредить дежурную.
— Я посплю пока. Если что — будите. Если никаких происшествий, то разбудите в семь утра. Я должна успеть на обход, — устало предупредила я дежурную, направляясь в свои покои.
Это была, пожалуй, одна из немногих нетронутых комнат, которая осталась такой же, как и была в момент моего появления в этом мире. Разве что второе кресло переехало в приемный покой. На втором этаже размещались жилые помещения для меня и моего немногочисленного персонала.
Не раздеваясь, я обрушилась на кровать, и уже лежа, дергая ногами, попыталась разуться.
Ботинки упали на пол, а я заползла повыше, обняла подушку и закрыла глаза.
Сегодня мне немного повезло, и я чуть-чуть выспалась. Я проснулась, когда меня трясла за плечо медсестра.
— Сколько времени? — хриплым голосом произнесла я, осматриваясь и разглаживая мятое платье. — Который час?
— Семь утра, — произнесла Аэлита. — Вы просили разбудить вас в семь…
Я выдохнула, тряся головой.
— А генерал? Ушел? — спросила я с надеждой, вставая с постели.
— Нет, увы. Он все еще сидит с дочерью, — произнесла Аэлита. — Госпожа доктор! Кажется, все хуже, чем вы говорили. Кристаллы его нашли!
Глава 7