Эван оттолкнул его.
— И ты можешь пойти, дедуля. — Он повернулся ко мне. — Ну что скажешь?
— Скажу, что это, пожалуй, плохая идея, учитывая, что я только что обручился.
Матео ослабил хватку, а у Эвана челюсть отвисла. Матео театрально поковырял мизинцем в ухе, расплывшись в ухмылке:
— Прости, что ты сказал? — Он взглянул мне за спину. — Слышал, Джер? Наш Кай-Кай надел на себя цепи брака.
Я обернулся — к нам шел Джерико, с такими же тенями под глазами, как у меня. Я знал, что новость об Орене и его тоже гложет. Тем человеком он, может, и перестал быть, но когда-то был другом.
Джерико выдавил улыбку:
— Женишься, значит? И поделиться с классом этой новостью не планировал?
Я с трудом удержался, чтобы не скривиться — он прекрасно знал, что все к этому шло.
К нашей кучке подошла Серена:
— Вынуждена поддержать вопрос. Такое друзьям рассказывают.
— Серьезно, — буркнул Эван, явно задетый.
Черт. Последнее, чего я хотел, — это обидеть кого-то из них.
— Извините. Просто… все было слишком непросто. Я не был готов делиться. А то, что я теперь подаю документы на опеку над тремя сводными сестрами, о которых недавно узнал, — немного ускорило события.
— Подожди, ты сказал, три сводные сестры? — переспросила Серена.
— И что он хочет взять их под опеку. Папочка Кай-Кай на связи, — подмигнул Матео.
Эван покачал головой, проводя ладонью по щеке, где тщетно пытался отрастить щетину:
— Ты как будто сошел со страниц мыльной оперы, чувак.
И ведь не соврал.
Серена всплеснула руками:
— Вы оба спрашиваете не то! Главное — кого ты позвал замуж? А потом — когда я увижу маленьких Каев?
Меня слегка подташнивало, пока я готовился выдать ответ и дождаться град шуток.
— Фэллон. Я позвал Фэллон.
Все четверо притихли. В глазах Джерико мелькнуло понимание, но рот растянулся в широченной улыбке. Глаза Серены тут же заблестели, и она кинулась ко мне:
— Наконец-то! Я же говорила, вы рождены друг для друга! А теперь Эван должен мне двадцатку!
— Вы спорили на меня? — спросил я, отпуская ее.
Эван виновато пожал плечами:
— Я думал, у тебя просто синдром старшего брата. Ошибся.
— И проиграл двадцать долларов, — добавила Серена.
Эван хлопнул меня по спине в крепких объятиях: