— Разные мастера. Но рисунки я придумывал сам.
Глаза Грейси округлились.
— Класс! Я тоже люблю рисовать.
— Может, станешь тату-мастером, — сказал он.
Она улыбнулась, снова тряхнув расшатанным зубом.
— Мне нравится клубника.
Кай поднял на меня взгляд.
— А я всегда был неравнодушен к клубнике.
Сердце дернулось, будто пыталось вырваться наружу и вернуться к тому, кому принадлежало. Каю.
Раздался сигнал — уведомление с ворот на наших телефонах. Я достала свой, нажала значок домофона и поднесла к уху.
— Алло?
— Привет, Фэл. Это Трейс.
Желудок сжался. Ненавидела, что голос брата вызывает такую реакцию, но ничего не могла поделать.
— Открываю.
Я не стала спрашивать, зачем он приехал, — не хотела, чтобы девочки почувствовали тревогу. Просто нажала и разблокировала ворота.
— Кто это был? — спросил Кай.
— Трейс. Наверное, опять твой грузовик понадобился на участке, — соврала я.
Губы Кая сжались, но он кивнул.
— Так, хулиганы, пора готовиться ко сну. — Он посмотрел на Хейден. — Справишься, если начнешь купать Грейси и Клем?
На лице Хейден мелькнуло удивление, но она кивнула.
— Конечно, без проблем.
Пока девочки поднимались наверх, я поняла — Хейден важно чувствовать себя нужной и заслужить доверие. Когда Кай поручил ей помочь, в её глазах мелькнула гордость.
Мы с Каем двинулись к лестнице, держа дистанцию от остальных.
— Трейс что-нибудь сказал? — спросил он.
Я покачала головой.
— Черт, — выдохнул Кай.
Он знал, как и я: если бы новости были хорошими, Трейс сказал бы об этом сразу.
На верхнем этаже доносился смех и визг девочек. И странно — сочетание этого звука с тревогой от предстоящего разговора с шерифом казалось самой сутью жизни. От плохого не убежишь. Можно только держаться за хорошее.
Раздался стук в дверь. Кай пошел открывать. На пороге стоял Трейс — лицо каменное. А за ним вошел Энсон. Тревога мгновенно сжала грудь.
Трейс не стал бы привозить бывшего профайлера ФБР без причины.