Думая о смерти матери, боль в груди Харпер усилилась. Он убил её, отнял у неё единственного человека, который любил её на протяжении большей части её жизни. Она верила, что он это сделал. Когда девушка вернулась домой и обнаружила, мертвую мать на полу, ей сказали, что у её мамы отказало сердце.
Но у её мамы не было проблем с сердцем, и она была здорова. Всё было слишком странно. Не было ни одного врача, который мог бы точно определить, что именно произошло.
— О, Боже. О, Боже. Как ты мог так легко кого-то убить? Кого-то, кто любил тебя так безоговорочно?
Слёзы размыли её видение. Харпер моргнула, пытаясь вдохнуть воздух в легкие. Она увидела, что-то краем глаза. Кристиан выстрелил из пистолета, а затем упал. Массивный волк повалил его на пол.
— Слезь с меня, грязная собака! — крикнул Кристиан, обхватив руками большого волка.
Животное зарычало, опустило руки Кристиана и вырвало несколько пальцев. Кристиан завыл от боли, всё ещё пытаясь оттолкнуть животное от него. Волк зарычал, обнажив оскалённые зубы, и продолжил грызть руки и ноги Кристиана. Кристиан кричал и вопил от боли, но продолжал борьбу с волком, пока животное не вцепилось челюстями в его шею и не сломало кости. Безжизненное тело Кристиана лежало в луже крови.
Шок удерживал Харпер неподвижной. Она сглотнула желчь и обхватила себя руками, сидя в уголочке. Себастьян изменился. Он поднял её на руки и вынес из комнаты.
Охранники бросились к ним, когда они ушли. Келлен привел их.
— Уберите там, — сказал ему Себастьян. — Мы будем в королевских покоях.
Они прошли по коридору, вверх по лестнице, и попали на этаж, на котором она не была. Себастьян открыл массивные двери в комнату, а затем отнёс её прямо в ванную. Там он положил её на край джакузи и начал заполнять ванну.
Харпер позволила ему снять халат. Затем он вошёл в душ и смыл с себя кровь. Как только закончил, Себастьян помог ей залезть в ванну и включил струи. Он сел на колени и крепко обнял её.
— Прости меня, — слова были приглушёнными, но были наполнены любовью.
Она обвила руками его шею и заплакала. Всё болело. Голова. Горло першило и саднило. Сердце болело из-за матери.
— Она была такой добросердечной женщиной и по-настоящему любила Кристиана. Он не заслужил её.
— Знаю. Я хотел держать его от тебя подальше, — вздохнул он, убирая волосы с её лица. — Я знал, что он, не колеблясь, причинит тебе боль, если поймёт, что ты со мной связана.
Харпер сглотнула, морщась из-за боли в горле.
— У него не было сердца. Как он мог быть таким холоднокровным?
— Он больше не причинит никому вреда.
Она заплакала сильнее, её сердце было разбито из-за них обоих.
— Кристиан оставил нас обоих без родителей.
— Я знаю, дорогая, но мы теперь есть друг у друга.
Харпер подняла лицо с его груди. В его взгляде были страдание, грусть и любовь.
— Я люблю тебя, Себастьян.
— Я тоже тебя люблю, Харпер. Я полюбил тебя с того момента, когда мы впервые встретились на твоем выпускном.
Она поцеловала его и отстранилась.
— Я должна была тебя узнать, но шрамы мешали. Я ощущала эту мгновенную связь. Это было странно.
— Мы пара. Мы связаны на всю жизнь, — сказал он и стёр её слёзы большим пальцем, — ты больше никогда не будешь одна. У тебя есть я. Навсегда.
Харпер кивнула, её сердце наполнилось любовью.
— Теперь, когда ты есть у меня, мне не нужно ничего другого.
Себастьян крепче обнял её.