Горькое осознание, что Валера получит то, что мне было недоступно бередило душу. Ему какая разница, сколько ему лет, он родить ребёнка и в пятьдесят мог, только у женщины ресурс был ограничен, я своё потратила. Давящая боль в сердце, по мере того, как пустела кружка, становилась все меньше, я собралась с мыслями, постаралась прийти в себя и, закончив с чаепитием, вышла из кондитерской, села в машину, написала Тоне, уточнила, какие продукты надо купить.
Мне казалось, что вся ситуация высосана из пальца, ну, велика беда муж бегает к своей бывшей, так бывшей на него плевать, для чего Аде нужно было моё знание о том, что она беременна? Непонятно.
Но видимо, Валера был очень убедительным в том, что давал понять, будто бы гуляет со своей бывшей женой.
Паразит.
От Свята не было ни сообщения, ни звонка, я отложила мобильник в подстаканник и вырулила с парковки, через пятнадцать минут оказалась возле дома. Двинулась к местному супермаркету и взяла по списку все, что дома кончилось. Рита хотела мармеладных червяков. Потом пришло сообщение, что их и Женя хотел, поэтому надо взять в два раза больше. Я покачала головой, понимая, что вот это именно то, что мне сейчас нужно. Дети, внуки — вот это именно то, что меня сейчас будет держать.
Выйдя из супермаркета с большим пакетом, я посмотрела на чавкающую жижу из снега и воды под ногами и помотала головой. Может, девчонкам предложить выбраться за город на выходные, чтоб вот этого всего не видеть, чтобы Тоня переключилась, и наконец-таки поговорить по поводу её здоровья. Пусть ляжет нормально на обследование. Никто не тронет Женьку. Да не позволю я.
Я дошла до подъезда, вытащила ключи из сумки и нажала на таблетку домофона. Прошла внутрь, успела зайти в квартиру, разгрузиться и здесь, завибрировав телефон, сообщив о том, что заказ в пункт выдачи пришёл.
Я выругалась, потому что там были цветы. Тоня, перехватив покупки, насторожённо наблюдала за мной, я покачала головой.
— Погоди, я сейчас схожу в пункт выдачи, заберу свои хамедореи.
Тоня нахмурилась, но я махнула рукой.
— Не переживай, это старческий загон.
Это не был старческий загон, просто в какой-то момент я решила, что, возможно, мне стоит немного отвлечься и заняться садоводством, которое я развивала исключительно на своих подоконниках, и вообще навидавшись на выставках и в оранжереях шикарных фикусов мне тоже захотелось, чтобы у меня в зале что-то зелёное росло.
Цветы пришли на последней границе издыхания, ну а что я хотела? Холод на улице, доставка какой бы быстрой не была, все равно какое-то время растюхи были в холодной машине.
Возвращаясь домой короткими перебежками, я прижимала к себе несколько коробок с цветами и, затормозив у подъезда, оторопела.
Из такси выскочила Ада, бежала мне навстречу, запыхаясь.
— Вы что думали, от меня так легко отделались?
Я, охнув, произнесла.
— Да, мне казалось, что мы вроде бы договорили.
— Нет, мы не договорили, — зло произнесла любовница мужа, наступая на меня как бравый десантник. — Мы не договорили хотя бы просто потому, что вы забираете у меня Валеру, он вам не нужен, он для вас сейчас будет игрушка. Вы лечите своё уязвлённое самолюбие, при этом не обращая внимания на то, что у кого-то рушится жизнь.
Я медленно пошла в сторону подъезда. Разговаривать здесь было бессмысленно. Здесь, по-моему, клинический диагноз уже стоит.
— Если вы считаете, что можете так поступать с жизнями людей, то вам это аукнется. Вы точно ответите за такое. Вы меня слышите?
Я её слышала, но мне важно было успеть вытащить ключи и не уронить свои коробки с цветами. Но наши цели не совпадали, поэтому Ада, подбежав ко мне, резко дёрнула за плечо, разворачивая к себе, и со слезами в глазах произнесла:
— Вы хотя бы понимаете, что рушится все, вы хотя бы понимаете, что для вас это игра, для меня это жизнь.
— Я ничего не понимаю. Мне нет дела до Валеры, нет дела до вас, пока вы не суётесь в жизнь моих детей, оставьте меня в покое, в конце концов, наберитесь мозгов и прекратите меня преследовать. Я не железная. Я вызову полицию, я вызову охрану. Мне не нужна экзальтированная девица на пороге квартиры!
На отповедь Ада отреагировала зло. Шагнула от меня и замотала головой, трясясь.
— Вы... Вы чудовище. Вы хотя бы понимаете, что вы делаете? Вы хотя бы понимаете, что он подал на развод? Вы понимаете, он подал на развод!
Глава 19.
Глава 19.
Мне казалось , что этому идиотизму нет ни конца ни края.
Я прижала посильнее к себе цветы и тяжело вздохнула, посмотрев на Аду.