Мне удается починить перекошенные, сломанные части забора, и с коровой, кажется, все в порядке. Мы все возвращаемся к грузовику, забираемся внутрь, чтобы продолжить путь к дому.
— И часто такое случается? — спрашивает Тейлор.
— Да, — Джесси качает головой. — Коровы — глупые животные.
— Они такие большие. Я и представить себе не могла, насколько они большие.
— Большие и глупые, — у Джесси нет чувства юмора.
Клинт прочищает горло.
— Они милые создания. Обычно послушные. Счастливы только в стаде.
— В отличие от людей. — Тейлор издает тихий горловой звук. Она еще не осознает этого, но она только что подытожила слова Клинта. Он счастливее с животными, чем с другими людьми, счастливее в одиночестве, чем в компании, обычно задумчивый и жесткий. Интересно, как она найдет его в качестве мужа. По крайней мере, когда мы с Джесси будем рядом, ей не будет одиноко.
— Ты интроверт? — спрашиваю я ее, пытаясь понять, как она собирается вписаться в нашу компанию. Джесси хмыкает, как будто я только что выругался в церкви. С таким же успехом я мог бы признаться, что верю в гороскопы.
— Я не знаю, — отвечает она.
— Что значит, ты не знаешь? — я поворачиваюсь на своем сиденье и замечаю, как она качает головой, глядя на просторы, которые простираются перед нами, насколько хватает глаз.
— Наверное, мне нравятся люди, если они хорошие. И я предпочла бы побыть одной, если это не так.
Клинт кивает, его вечное хмурое выражение лица исчезает. Может быть, Джесси все-таки докажет свою правоту. Тейлор и Клинт могли бы стать парой, заключенной на небесах.
Глаза Тейлор расширяются, когда мы подъезжаем к дому. Величественное крыльцо с колоннами и решетчатая веранда, опоясывающая все здание, впечатляют с первого взгляда. Я знаю, что женщины любят цветы, и в это время года они повсюду.
Интересно, на что похож ее прежний дом. Может быть, она расскажет нам, когда обустроится. Может быть, мы познакомимся с ее семьей, хотя, поскольку на аукционе ее никто не провожал, возможно, и нет. Меня поражает, что я не знаю, кому пойдут деньги. Для нее это что-то вроде приданого? Или кто-то другой подбил ее на это?
Есть еще кое-что, о чем я хотел узнать, прежде чем мы выберем за кого делать ставку, но Джесси не учел этого.
Я помогаю Тейлор выбраться из грузовика, беру ее сумку, и она идет за нами на кухню. Я ставлю вещи на большой деревянный стол и жду, пока Джесси и Клинт вымоют посуду, прежде чем воспользоваться возможностью отмыть руки от грязи и экскрементов животных.
Джесси достает из холодильника кувшин с холодным чаем и наливает в четыре стакана, предлагая один Тейлор. Она с благодарностью выпивает все целиком.
— Ты голодна?
Она кивает, хватаясь за спинку одного из стульев. Джесси раскладывает на столе печенье, купленное в магазине, показывая, что Тейлор должна сесть и поесть.
Он садится напротив нее, а мы с Клинтом стоим по бокам от них. Пока Тейлор грызет печенье, Джесси достает листок бумаги с подробным описанием обязанностей Тейлор. Он что, серьезно собирается всучить ей его прямо сейчас? Я не могу поверить этому парню.
Бумага скользит по полированной деревянной поверхности, прежде чем я успеваю ее выхватить. Из моего горла вырывается сдавленный звук, на что Джесси реагирует недовольным прищуром своих стеклянно-голубых глаз и глубокой складкой между бровями.
Тейлор сосредотачивается на бумаге, уже просматривая список.
— Это то, что от тебя здесь ожидают, чтобы ты могла проявить себя.
Тот, кто сказал, что романтика умерла, определенно был знаком с Джесси МакГроу, олицетворяющим практичность и ответственность.
— Хорошо.
Тейлор берет листок и сосредоточенно морщит лоб. Не думаю, что список домашних дел заслуживает такого пристального внимания, но, с другой стороны, я не самый аккуратный человек на свете, так что откуда мне знать?
Клинт прочищает горло и ерзает на стуле. Ему не терпится выйти на улицу, а Джесси забыл о самой важной части того, что должно произойти сегодня.
О свадьбе.
— Может, список дел по дому подождет, пока они не поженятся? — спрашиваю я, одаривая Тейлор своей самой очаровательной кривой улыбкой.