Аки почти догнала меня, когда Китсу сквозь смех резко выкрикнула:
— Yamero! (остановись)
— Nande? (почему?) — огрызнулась рыжая, но Китсу снова подала голос:
— Kinjiru. (я запрещаю).
Аки зарычала и в бессильной ярости ударила рукой по воде, от чего брызги полетели во все стороны, большая часть попала мне в лицо, а так как я делал вдох — еще и в носоглотку залетело. Я недолго думая шлепнул по воде и отправил горсть обратно. Тогда девушка с яростью взбесившейся касатки принялась лупить по поверхности с огромной скоростью и под разными углами. Какое то время я отфыркивался, и пробовал отбиваться, но вдруг понял что меня буквально заливают — уже в четыре руки.
— Эй, нечестно! — выкрикнул я, вяло отмахиваясь, но куда там, эти две фурии похоже решили заставить меня нахлебаться воды под завязку.
— А я не обещала, что буде честно! — парировала Китсу, удваивая усилия, и я уже вдоха не мог сделать, чтобы не хлебнуть воды.
Черт, и как отбиваться? Не глушить же их тенебрисом! Вот если бы заблокировать… и тут в голове произошел очередной щелчок, живо всплыло воспоминание: сад, стеклянная беседка, музыка на фоне, одурманенная Китсу, раненая Аки. И прыгнувшее на меня чудовище… «ПРОЧЬ ОТ НЕГО…»
— Да⁈ Хорошо, сами напросились! — и прежде, чем успел толком сообразить что именно делаю — я выставил левую руку ладонью вперед, наклонил горизонтально, словно хотел отгородиться от этих двух бушующих тигриц, и прошептал:
«Vallum Invictus!»
И поток воды прекратился. Я удивленно наблюдал, как еще несколько секунд девушки тщетно поливают водой невидимую преграду, разделившую нас незыблемой стеной.
— Какого хрена! — зарычала Аки, ощупывая барьер. — Что это такое?
Китсу тоже приблизилась и осторожно протянула руку.
— Это… это ты сделал? Да, глупый вопрос… и сколько трюков у тебя еще в запасе?
«А вот это уже интерес-с-сно! — зашипела в моей голове рассерженной коброй Малисса. — З-с-начит ты все-таки освоил Тенебрис? Ну Ярик, нам придется поговорить по душам!»
Девчонки на меня обиделись. Сразу обе. Когда поняли, что пытаться залить и забрызгать меня бесполезно — вынырнули из воды и принялись обтираться, общаясь между собой на японском и демонстративно меня игнорируя.
— Нет, ты смотри, этот наглый извращенец вовсю применяет ё-дзюцу, даже когда красотки вроде нас уделяют ему столько внимания! Нет чтобы восхищаться, дарить комплименты, признаваться, а он… тупой баклан!.. а может он и задницу вытирать применением духовных сил будет? Бесит…
В моей голове раздался тоненький и противный смех Малиссы, от чего я бросил ей мысленно:
«Тебя вообще не касается. Хватит подслушивать!»
«Прикажешь мне уйти в чертоги? Как пожелаешь! Только тогда ты больше ни слова не поймешь, хи-хи!»
Я не нашел что ответить против такой убойной логики, и продолжил обтираться, стараясь не смотреть на этих двух вредин, которые в свою очередь говорили скучными голосами глядя куда-то в сторону, словно вообще обо мне забыли, но смысл разговора…
— Ну… он странный, конечно. Но знаешь, на его месте я бы тоже реагировала на твои сомнительные шуточки с осторожностью…
— О чем ты?
— Он все-таки человек. А для нормального парня твои манеры выглядят странно, шуточки и нападки — как неприкрытая агрессия, и могут отпугнуть. Даже я, если бы знала тебя похуже — предположила бы что ты его ненавидишь… или же хочешь его укусить и попробовать… — она как-то странно посмотрела на Аки.
Я весь превратился вслух, медленно вытираясь и делая вид что занят высушиванием и сборами.
— Нужен он мне! Да за мной… да ко мне… знаешь сколько готовы мне в ноги упасть только ради шанса, чтобы я глянула в их сторону!
Китсу промолчала, обернувшись халатиком и втиснув ноги в шлёпанцы, бросила полотенце на перила мостика.
— Какой ты все-таки еще ребенок, Аки-чан.
— Вот сейчас ускользну тропой притаившейся лисы и нападу, посмотрим как он справится своими дешевыми фокусами!
— Нет. Хватит. Тренируйся в додзё, как и положено.