В голове раздался едва слышный смешок демоницы, и такой же тихий вздох. Еще от этой подстебок не хватало…
«Не смей ничего говорить, — бросил я ей на упреждение. — У них обеих очень своеобразное чувство юмора, но даже не думай попробовать свои фокусы! Мне быстро руку оторвут если попробуешь!»
«Какой же ты еще дурачок, Ярик, — промурлыкала Малисса».
Слева сзади раздался тихий плеск, и требовательный голос Китсу:
— Почему так долго? Сколько еще ты предлагаешь двум приличным девочкам наблюдать твою внушительную… филейную часть?
Еще один тихий плеск и смешок, очевидно, уже голосом Аки.
— Он стесняется, — произнесла она полушепотом на японском, и добавила: — видела бы ты его вчерашней ночью, такой стесняшка и скромняжка, я аж сама засмущалась, но при этом его стояком можно было проткнуть не хуже чем отточенным «яри»…
Тихий смешок медовым и нежным голоском Китсу точно заставил меня покраснеть. Я присел на краю бассейна, осторожно опустил одну стопу в воду… горячо блин!
— Лучше сразу погрузиться, иначе не решишься — на этот раз Китсу явно обращалась ко мне, потому что слова звучали по-русски. — Дай руку…
Я попытался было отклониться, но девушка приблизилась почти вплотную и протянула мне свою ладошку.
— Руку, Ярик. Сейчас же.
Я сжал зубы, взял ее за руку и пикнуть не успел, как оказался в небольшом бассейне, почти вплотную к обеим девушкам. Поднял глаза повыше, изо всех сил не глядя вниз.
Мы пробыли в горячем источнике положенные три минуты, вылезли на поверхность и бегом направились к бассейну на улице, погружаясь в прохладную воду.
— Снимай то, что осталось, — напомнила Аки по-русски, и в ее красивых красноватых глазках запрыгали чертята. — Ты же помнишь, как правильно?
Мне стало сильно не по себе, но блин… если сейчас девушки тоже снимут… все…
Китсу повернулась к Аки и тихонько спросила на японском:
— О чем ты?
— Да так… сейчас будет очень интересно, не пропусти, — отстранённо ответила рыжая бестия, демонстративно глядя в сторону, а у меня закрались подозрения: что то здесь нечисто.
Я хмыкнул и скрестил руки перед собой.
— Что именно снимать и откуда?
— Как что? У тебя с памятью проблемы? — наигранно удивилась рыжая.
— Не понимаю, о чем ты, — я изо всех сил строил из себя идиота.
— Хватит тупить. Снимай давай.
Китсу при этом непонимающе и выжидательно смотрела на нас обоих по очереди. Неужели вчерашней ночью Аки меня обманула, и раздеваться полностью не обязательно? Но тогда вопрос — зачем она сама подала пример. Или…
— Прости, в упор не догоняю. Что именно снять? Покажи пример первая.
— Ты хочешь, чтобы мы обе разделись первыми, а сам на нас смотреть? Не сильно ли губы раскатал?
— Ну, вчера ночью тебя этот вопрос не смущал, — я подмигнул, и рыжая зарделась, казалось бы, еще больше, а Китсу засмеялась в голос.
— Он говорит правду? Ты вчера раздевалась для него? Полностью донага? — вопрос Китсу на японском заставил Аки отвернуться, поморщится и ответить брезгливо:
— Да кого ты слушаешь, он же извращенец. Он мне предлагал искупаться голой, а я была еще заторможена после лисьего дурмана, и чуть не поддалась… Видимо он решил, что опять прокатит…
Я не выдержал и хрюкнул в кулак, прикрыл лицо, стараясь не выдать себя.