Ст. лейтенант. Назад в СССР. Книга 12: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 1

Непростая судьба

Заросший многодневной щетиной, с длинными, местами поседевшими волосами, грязный и с осунувшимся лицом, он сидел на рваном матрасе, постеленном прямо на голый бетонный пол. Майор был в какой-то темно-серой робе с рукавами, закатанными до локтя и с босыми ногами. Взгляд стеклянный, явно отрешенный.

Все произошло быстро, детали я подметил автоматически.

Кажется, тот меня не узнал. Или не придал значения.

Без промедления меня провели дальше, а перед распахнутой решетчатой дверью, грубо толкнули в спину. Металлический лязг резко захлопнувшейся за спиной двери болезненно отозвался в ушах.

Я оказался один в клетке два на три метра. Стены вроде из какого-то кирпича, обмазанного глиняной штукатуркой, выкрашенной в голубоватый цвет. Потолок и пол — из бетона очень низкого качества. А воздух внутри этого карцера был спертый, душный, пахнущий застарелой пылью, окисляющимся металлом, кислым потом. Казалось, будто воздух прям въелся в эти глиняные стены. Черт возьми, под что пакистанцы отдали это место?

Единственным источником света, помимо солнца, здесь служили несколько маломощных ламп накаливания — скорее всего, электроэнергию давал какой-то мощный промышленный генератор, но шума его работы я не расслышал. Вероятно, его вынесли подальше от основной части тренировочного лагеря. Где-то в отдалении, за этими тонкими стенами, слышались отрывистые команды на пушту, прерываемые короткими очередями автоматных выстрелов — «отработка» уже шла полным ходом.

Одежду и обувь мне оставили прежнюю. Лохмотья от военной формы, а вместо берец на ногах были какие-то закрытые кожаные сандалии. Вероятно, в скором времени меня тоже переоденут, но пока непонятен этот процесс. Где-то слева скрипнула дверь, раздались голоса. Судя по всему, в одну из камер привели еще кого-то. Тот тяжело дышал и вполголоса ругался, то на русском, то на казахском языках.

— Мужики, я вернулся! — громко воскликнул человек, когда скрипнула решетка. Наверное, его заперли так же как и меня.

— Молодчага, Семен! — раздалось откуда-то с правого фланга. — Что было сегодня?

— Да инструктора, мать их, меня как грушу использовали. Для отработки ударов. Двое против одного. Я одному бородатому зубы выбил, а второму нос на бок свернул и палец сломал. Тот визжал потом, как прибалтийская проститутка! Помяли меня немного, ребра болят. Жить буду, но сколько ещё не знаю…

— Это ты правильно! Отдыхай! А у нас новенького привели… В двенадцатой сидит!

— Да? — удивился Семен. — Тем ему хуже!

Повисла тишина. В качестве новенького, скорее всего, имели в виду меня. Но я не заметил, что у камер были какие-то номера. Однако слова меня удивили — полное безразличие, простое принятие факта без эмоций.

Из-за того, что повисла тишина и больше ничего не происходило, я быстро потерял интерес к происходящему.

Мне не давала покоя мысль — если я не ошибся и это действительно был Кикоть, то почему он никак не отреагировал? У нас ведь с ним весьма богатая история, за прошедшие пару лет. Как это понимать⁈

Майор КГБ Кикоть Виктор Викторович, бесследно пропавший где-то в центральной части Афганистана несколько месяцев назад, каким-то совсем непонятным образом оказался здесь, в Пакистане? Но как? И почему он так хреново выглядит?

Нужно попробовать поговорить с ним, может он прольет свет на это место? А то прям совсем странно — что за дерьмо тут творится и почему об этом никто не знает? Куда разведка смотрит, раз подобное уже давно поставлено на поток и несколько советских солдат просто пропало без вести? А может и не только солдат.

Моя спина еще побаливала, но благодаря стараниям и навыкам санитарного инструктора Андрея, мое состояние стало намного лучше. Не боец, конечно, но и не скрюченный полутруп, который от каждого неосторожного движения скрипит зубами от боли! Еще бы недельку и сбежал бы из того кишлака, предварительно перерезав глотку Малику за его грязные делишки. Однако судьба вновь вмешалась в мою жизнь, причем самым непредсказуемым образом.

Гематомы от попаданий пуль в бронежилет постепенно рассасывались, боль почти ушла, а подвижность плеча восстановилась. Выносливость крепла, сила тоже. Самочувствие стало намного лучше.

Я уселся на матрас и мысленно «ушел в себя». Это я делать умел. Служба научила.

Спустя несколько долгих часов, отмеренных лишь движением солнечного луча по стене, главная дверь в коридоре с скрежетом отворилась.

— Выходить будем! Сейчас! На прогулку! — с сильным акцентом, коверкая последовательность слов, гаркнул на весь коридор охранник. То ли афганец, то ли еще кто — хрен разберешь. Затем двое в серой форме прошли по коридору, отпирая засовы камер. Судя по всему, они были массивными и плохо работали на сдвиг — изнутри самостоятельно не открыть. Судя по звукам, камер тоже было двенадцать, моя и впрямь последняя.

«Прогулка» оказалась чем-то вроде загона — тридцать на тридцать метров утоптанной земли, обильно усыпанной желтоватым песком. Тут и там, местами, были хорошо заметны тёмные, въевшиеся пятна, происхождение которых лучше не изучать. Солнце уже ощутимо подпекало, хотя время суток было какое-то неопределенное. Хотелось пить.

По периметру — двойной забор из колючей проволоки растянутой между столбами. По углам — вышки, где неспешно прохаживались часовые с автоматами. Нас согнали сюда ровно двенадцать человек, причем часть привели не из камер, а откуда-то со стороны.

Мы походили на стаю раненых волков — изможденные, с потухшими глазами, почти все в темных робах. Лишь двое как и я были в старых обносках своей военной формы. Мы молча бродили по кругу, избегая случайных прикосновений, но я видел, как взгляды скользят по другим, оценивая и высчитывая шансы. В этом месте каждый был и жертвой, и конкурентом. Одиночки. Гладиаторы, блин.

Сложно сказать, что скрывалось за этими словами. Пока еще у меня было слишком мало информации о том, что здесь происходило, а поговорить толком и не с кем. Расстояние между нами не меньше метра, повсюду охрана, которой не нравилось, если мы говорили друг с другом.

Прогулка закончилась быстро. Охрана потеряла к нам интерес — они стояли поодаль и курили, иногда смеясь и тыкая стволами автоматов в нашу сторону. Все заключенные разбрелись по внутренней территории, кто-куда. Это что же получается, все они такие же как и я, пленные советские бойцы? Черт возьми, мне это не нравится!

Я остановился посреди открытого пространства. Именно тогда я его увидел снова. Это действительно был Кикоть, ошибка исключена.

Чекист стоял, прислонившись спиной к глиняной стене ограждавшей наш загон. Он молчал, лицо было словно каменным.