Мы подъехали к телецентру. Перед входом стояло оцепление. Я заметил нескольких людей в униформе гвардейцев Зринских.
Князь сделал глубокий вдох, затем такой же глубокий выдох. Натянул на голову капюшон, чтобы скрыть свою голову. Он прикрыл глаза на несколько мгновений, а затем резво покинул автомобиль и широким, быстрым шагом пошёл в телецентр.
Я следом. По пути к нам присоединился сын Адриана — Михаил, тоже с капюшоном на голове, в сопровождении Непчича и Караджича.
Все, кто видел князя впервые, спешили кланяться. Молча. Видимо, получили строгий наказ не шуметь лишний раз. Любой выкрик мог стать причиной, по которой о князе узнают раньше. Хотя бы на минуту. Но это тоже могло сыграть свою дурную роль.
Мы зашли внутрь телецентра.
— Мне говорили, что ты хорош в составлении речей, — на ходу бросил Адриан. — Моя команда, ответственная за это, сейчас где-то в другом месте. Есть мысли, что хотели бы услышать мои люди?
— Правду. Всю, которую только им можно знать.
— Рад, что ты думаешь в том же направлении, что и я.
Очередная проверка? Видимо.
Мы зашли в зал телерадиовещания. Заспанные работники, которых выдернули из сна посреди ночи, носились туда сюда. Но когда они смотрели на лицо Адриана, то замирали, осознавая, кто пришёл.
— Господин воевода, — только тощий мужичок, с обширными залысинами, подошёл к Непчичу растекаясь в поклонах. Князя он даже не заметил. — Всё готово для срочной трансляции. Можем начинать в любой момент.
— Прекрасно, — во всеуслышание заявил Адриан, скидывая капюшон. Его голос был негромким, но после него настала полная тишина. Десятки лиц замерли, смотря на него. Включая тех, кто отвечал за трансляцию.
А сам князь двинулся к трибуне перед камерой. И вышел в эфир, являя миру лицо, которое уже никто не рассчитывал увидеть.
— Народ Иллирии. Я — князь Адриан Зринский — пришёл в себя после тяжёлого ранения, нанесённого мне предателями. Враги нашего государства бросили вызов мне, вам и каждому иллирийцу. Вне зависимости от происхождения, наличия Дара, национальности или политических взглядов. Сегодня каждый из нас — враг Латинской Федерации. Их цель — расчленить нашу страну…
И на этих словах меня накрыло.
Мою спину окатило волной жара. Он распространился по всему телу, будто я только что погрузился в горячую воду с головой.
Знакомое ощущение.
И оно было совершенно не вовремя!
Я активировал Виденье и увидел, что сбылись мои худшие предположения…
Весь зал был заполнен алой энергией, зависшей в воздухе как застоявшийся туман.
Почему так ярко⁈ Должно было пройти хоть какое-то время, прежде чем она так накопится! В прошлый раз было иначе!
Я пулей подскочил к окну. Над столицей, прямо у нас на глазах, распухала алая сфера. С каждым словом, что говорил князь Адриан, она становилась всё больше, всё ярче, всё жарче.
Кажется, прямо сейчас мы запустили самый худший сценарий из возможных…
Глава 27
Но ведь должно было быть наоборот!
Какого лешего эта красная сфера появилась над городом⁈ Причём ровно в тот момент, когда Адриан начал говорить.
Тот красноглазый называл сферу «Сутью Раздора». Я не уточнил, как именно они возникают, на свою голову, но что точно было известно — они становятся тем сильнее, чем хуже ситуация в городе. Первая «Суть» росла, когда была неопределённость с властью.
Но потом, когда я поглотил её, второй не возникло. Хотя в городе шли бои с иностранными наёмниками.
А сейчас, когда легитимный князь говорил со своим народом, она разбухала прямо на глазах. Росла и ширилась, распустившись по всему городу щупальцами тысяч связей.
С каждой секундой эти связи только крепли, усиливались и стали разрастаться во все стороны. Часть из них устремлялась не вниз, к жителям Загреба, а прочь, за пределы города и, возможно, самой Иллирии.