— Ты заберёшь свои слова обратно, когда увидишь, на что я способен, — я беру SD-карту и осторожно расстёгиваю молнию на рюкзаке, чтобы положить её во внутренний карман, и мы начинаем идти рядом друг с другом.
Знакомство с ней за последние недели стало самым ярким событием в моей жизни. Она была как лучик солнца, пробивающийся сквозь щель в плотных шторах.
Я ценю нашу дружбу и всё, что она для меня значит. Именно поэтому я хочу сделать для неё всё, что в моих силах. Я хочу видеть, как она воплощает свои мечты, и быть уверенным, что они обязательно сбудутся.
— Стоп, — говорит она, останавливаясь на перекрёстке. — Твой дом вон там, — указывает она нам за спину.
— Я знаю, я хочу продолжить прогулку с тобой, — пожимаю я плечами.
— Девушке нужно побыть одной, — говорит она, доставая из кармана кардигана наушники. — Я ценю твою галантность, но я хочу пройти оставшееся расстояние со своей музыкой, мечтая о том, чтобы попасть на конкурс Валери Мур в Милан.
Её право. Я всегда знал, что она любит слушать свою музыку за размышлениями. Но я также хотел бы продолжать проводить с ней время. Тем не менее, я должен уважать её желание.
Я киваю и отступаю на шаг назад.
— Может я всё же провожу тебя? — Спрашиваю я, указывая подбородком в сторону её дома.
— Я в порядке, — отвечает она, одаривая меня своей ободряющей улыбкой.
— Ладно, — мне удаётся улыбнуться в ответ. — Увидимся позже, — подмигиваю я ей, и её дыхание слегка перехватывает, прежде чем она разворачивается и идёт по своему пути.
Я стою и наблюдаю за ней, словно она — сама бесконечность, медленно приближающаяся к горизонту.
Когда её силуэт исчезает вдали, я наконец поворачиваюсь обратно к своему дому, вновь облачаясь в доспехи.
ГЛАВА 5
ЗОИ
Я знаю, что произойдёт дальше. Музыка уносит меня в места, где я хотела бы оказаться. В места, где я могла бы побывать когда-нибудь. Но вместо этого я снова оказываюсь здесь, перед единственным местом, откуда я мечтаю убежать.
Крепко сжав лямки рюкзака, я смотрю на наш дом. Он кажется мне зловещим, и я чувствую мурашки по коже, когда вижу горящий свет. Я знаю, что мой отец вернулся и сейчас находится внутри, а это означает неприятности для меня.
С трудом передвигая ноги, я стараюсь не показать свою слабость. Мой взгляд прикован к ярко-синему бунгало и подсолнухам, которые окружают крыльцо. Эти картины послужили источником вдохновения для моей работы на конкурс Валери Мур.
Здесь я впервые научилась смеяться, здесь я бегала, хихикая, с обоими родителями, и здесь я впервые научилась свободно мечтать. Но теперь это место научило меня плакать навзрыд. Это место научило меня терпеть, мечтать только втайне, никогда не смеяться и не находить ничего, что могло бы вызвать хоть какие-то радостные эмоции.
Я пробираюсь по дорожке так тихо, как только могу. С тех пор как я потеряла маму, а мой отец стал тираном, я живу на грани.
Я поднимаюсь по коротким ступенькам, считая их, пока не достигаю крыльца. Всего пять ступенек. У меня есть всего пять секунд, чтобы перевести дух, прежде чем я войду в то, что меня ждёт.
Мой желудок сжимается, а сердце бешено колотится, когда я поднимаюсь на крыльцо. Оно скрипит под моим давлением, возвещая о моём прибытии. Одной рукой я сжимаю фотоаппарат, а другую достаю из рюкзака, чтобы взяться за дверную ручку.
Я слышу, как моё сердцебиение достигает оглушительного крещендо, чувствую, как волосы на затылке встают дыбом, и ощущаю каждый сустав, словно кости стучат друг о друга.
Я нервно вдыхаю воздух и киваю, напоминая себе, что могу избежать этого, если буду следовать за своими мечтами. Я знаю, что моя мама всегда присмотрит за мной.
Я поворачиваю дверную ручку и вхожу в ярко освещённую гостиную. Звук футбольного матча, транслируемого по телевизору, приглушен. Моего отца нет на грязном бело-сером диване, где он обычно смотрит телевизор.
Сглатывая ком в горле, я отвожу взгляд от кресел, расставленных вокруг деревянного стола в центре, но котором стоят пластиковые цветы в белой корзине. Мои глаза встречаются с сердитыми глазами, которые смотрят на меня, словно кинжалы.
— Привет, пап, — мой голос настолько тих, насколько я себя чувствую. Его высокий рост теперь приближается ко мне, словно он хочет раздавить меня своими ботинками.
— Какая часть тебе не понятна из «возвращайся домой, сразу после занятий…» — гремит его голос, заставляя меня и стены дрожать.
— Прости, пап. Я работала над школьным проектом, и мне захотелось... — Я не могу оторвать взгляд от его ботинок и шва на брюках его полицейской формы. — Прости. — Я закрываю глаза, понимая, что меня всё равно накажут, поэтому лучше мысленно подготовиться к этому моменту.
— Проект? — Усмехается он, и я глупо киваю. — Разве похоже, что меня волнуют твои дурацкие проекты?