— Доброе утро, — бормочу я, опуская взгляд на свои босые ноги. Я откашливаюсь, и у меня текут слюнки при виде еды, разложенной передо мной. Это похоже на настоящий шведский стол.
— Доброе утро, — ледяная нотка в его голосе словно бумерангом отдаётся в моей голове. — Что на тебе надето?
Пока он не проявлял никаких признаков агрессии, и я хочу, чтобы так продолжалось и дальше. Но он, должно быть, очень рассержен тем, что я не надела одежду, которую он мне купил.
Он встаёт, и стул скрипит, когда он отодвигает его. Он направляется ко мне, и я стараюсь не дрожать, когда он останавливается передо мной.
— Почему на тебе нет ничего из того, что я тебе купил? — Спрашивает он, не дожидаясь моего ответа. Вместо этого он обхватывает моё запястье и быстро ведёт меня вверх по лестнице. Мы проходим по тёмному коридору и оказываемся в моей комнате.
Он отпускает моё запястье, и я замечаю, как он сгибает руку, словно опасаясь, что у меня может быть инфекция. Или как он морщит нос, словно я его раздражаю.
Так вот почему он хочет, чтобы я носила эту одежду? Он хочет, чтобы я выглядела презентабельно в его глазах.
— Почему, Зои? — Спрашивает он с галантностью, подходя к моему гардеробу, который всё ещё открыт. Он берет чёрное платье, которое я оставила среди других вещей. — Тебе нравится это?
Я киваю, не поднимая головы.
— Одень его, — говорит он, протягивая мне платье. Я качаю головой, отказываясь взять его из его рук.
Он некоторое время наблюдает за мной, затем громко сглатывает фыркая, и я понимаю, что, возможно, провоцирую его. Но меньше всего на свете я хочу его расстраивать.
— Они все красивые, Зои, и довольно дорогие, — выдыхает он. — Но ни одно из них не сравнится с твоей красотой или достоинством. — Он сокращает расстояние между нами на дюйм. — Надень его.
Он человек немногословный. И всё же ему удалось сказать слова, которые моя душа жаждала услышать много лет. Я беру платье и проскальзываю мимо него. Сначала я расстёгиваю его рубашку и позволяю ей упасть на пол. Затем я расстёгиваю крошечный лифчик от костюма, и наклоняю голову, чтобы посмотреть, наблюдает ли он за мной, но он стоит ко мне спиной.
Если он говорит, что я так много стою, почему он не хочет на меня смотреть?
Я медленно иду к нему, аккуратно снимая нижнее белье. Раздеваться перед ним — это своего рода ритуал. Мне кажется, что я прощаюсь с жизнью, которая, как я думала, была моей единственной до того момента, пока не появился он.
Когда-нибудь я решусь спросить его, почему он выбрал именно меня.
Я подхожу к нему, остановившись за его спиной. Я совсем его не знаю. Он никогда не был постоянным клиентом, поэтому я не могу сказать, нравится ли ему, когда к нему прикасаются. Я не касаюсь его, но прижимаюсь грудью к его спине, насколько это возможно.
— Я закончила, — произношу я с нервным трепетом, ожидая, когда он повернётся ко мне лицом.
Он поворачивается, и его рука касается моей груди. Он удивлённо произносит:
— Что за...
Я останавливаю его, беру его руки в свои и накрываю ими свою обнажённую грудь.
— Ты купил меня не просто так, да?
— Зои, — он прочищает горло, слегка покачивая головой, но по тому, как он закрывает глаза и сжимает челюсти, я понимаю, что произвожу на него впечатление.
— Я не знаю твоего имени, — я подхожу ближе, стараясь не оставлять зазора между моей грудью и его телом. — Ты скажешь мне или мне следует называть тебя хозяином? — Я сжимаю его руку на своей груди и делаю глубокий вдох, потрясённая тем эффектом, который он на меня производит.
— Этторе, — произносит он хрипло. — И... — он совершает ошибку, глядя сквозь опущенные ресницы на то место, где его руки накрывают мою грудь. — Ты не обязана этого делать, — шепчет он, и его тёплое дыхание обжигает мою кожу.
— Скажи мне остановиться, — я отпускаю его, чтобы показать ему, что теперь он массирует мои соски, и двигаю руками, чтобы нежно погладить его растущую эрекцию через брюки.
Он издаёт глубокий горловой звук, который эхом отдаётся у меня в животе, заставляя мою киску сжаться.
— Я не смогу овладеть тобой, если ты сама не захочешь, — он убирает руки и делает шаг назад. — Это не сделка. Мне не нужно тебя трахать, чтобы заботиться о тебе. Ты не обязана позволять мне это делать, Зои. У тебя есть голос. У тебя есть воля. Ты сама делаешь выбор.
Блядь. То, как он произносит эти слова, звучит так эротично, что я не могу сдержаться и хочу, чтобы он это сделал.
Возможно, я не позволяла себе глубоко задумываться об этом, но он поразителен. Его красота невероятна, несмотря на шрамы. Меня тянет к нему так, как никогда и ни к кому прежде.