Он поднял перевернутый стул, устроился на нем поудобнее, закинув ноги на стол. Мун тоже уселся, попыхивая дешевой сигарой. Только специалист по табакам не принял участия в перекуре — он был некурящий. По тому, как ходили его челюсти, видно было, что сержанта что-то беспокоит, и Дейли пережевывает одну и ту же мысль, как жесткий бифштекс. Выждав момент, когда Мун вынул изо рта сигару, Дейли нарушил молчание:
— А знаете, шеф, я тут попытался представить, как все происходило...
— И не согласны со мной?
— Я вот вспомнил, как мы стояли в Германии и была там у меня одна девчонка. Хрупкая, как стеклышко, чуть не прозрачная. Натерпелась при нацистах. Если бы в то время не запрещали жениться на немках, наверняка была бы теперь моей женой... Так вот, с ума я по ней сходил. Стоило ей постучать в дверь, чуть слышно, как я взлетал ракетой. И все равно не припомню случая, чтобы куртку наизнанку напялил.
— Понятно. Ни один нормальный человек так не поступает, если только не горит дом или что-нибудь вроде этого, — согласился Нисон.
— А Смит всего-навсего торопился впустить кого-то. Душ-то хотя бы мог привернуть. Так ведь?
— Вы хотите сказать, что Смит не сам впустил своего убийцу? — спросил Мун. — Но ведь мы же проверили окна — оба плотно закрыты, а одно даже задернуто шторой.
— А если у убийцы был свой ключ? Допустим даже, что именно он, а не Смит был настоящим хозяином в квартире...
— Далеко целите, Дейли. Прежде всего... — Мун не закончил фразы, тупо уставившись на башмаки Нисона.
— Нисон, вы гнусный лжец!
— Что?
— Вы поклялись, что вытерли ноги. А это что? — Мун отлепил от подошвы Нисона окурок сигареты.
— Будь я проклят, инспектор! Он мог прилепиться только здесь!
— Моя египетская сигарета! Наконец-то! — взревел Дейли. — Вот почему мы не могли ее найти. Давайте ее сюда!
Все трое внимательно принялись разглядывать находку. На шелковистой бумаге виднелись следы асфальта — он-то и сыграл роль клея,— но марки не было видно.
— Наверняка тот же «Честерфилд», что курил Смит.
Дейли понюхал табак.
— Исключено. «Симон Арцт»!
— Отдадим в лабораторию на анализ.
— И пепел! — И Дейли высыпал содержимое пепельницы в целлофановый мешочек.
— Ну ладно, пока что нам, кажется, больше искать нечего. Нисон, соедините меня с управлением.
Нисон отстегнул крышку портативного передатчика и, добившись соединения, передал трубку Муну. Инспектор еще раз обвел взглядом помещение и принялся диктовать: «1957 года, 4 октября, в 10 часов, явившись в квартиру № 8 в доме № 30 по улице Ван-Стратена, я обнаружил следующее...»
Благополучно добравшись до конца, Мун вытер потный лоб и глубоко перевел дух.
— Ну слава богу, самая тяжелая работа позади, осталось только найти виновного. Санитарную машину сейчас пришлют. А вас, Нисон, сменит Бедстреп. На всякий случай. Вдруг к Смиту наведается еще какой-нибудь гость.
Не успел он произнести эти слова, как громко звякнул звонок.
Дейли и Нисон тихо выскользнули в переднюю. Нисон вытащил оружие и встал так, чтобы входящий не видел его. Сунув руку в карман, Дейли быстро распахнул дверь.
Перед ним стоял почтальон:
— Телеграмма мистеру Смиту!
— Спасибо!
Дейли выхватил бланк и, захлопнув дверь, поспешил к инспектору. Мун развернул телеграмму. В ней стояли только три слова!