— Не спеши, моя милая, — прошептал он с улыбкой и повел меня вниз.
И что это, спрашивается, было?! Я же видела, спускаясь по лестнице, как он борется с собой, сжимая кулаки, слышала его сбивчивое дыхание, чувствовала, насколько сильно он был возбужден! Почему "нет"? Нас никто бы не увидел в этой маленькой каморке, среди швабр и моющих средств... В то утро, после клуба, я еще долго не могла заснуть.
По субботам мы ходим на разные тусовки и пикники, где богатые ребята из моего района, простые рабочие из индустриального и истребители смешиваются в странной, но весёлой компании. Однажды мы даже пробовали культурно провести вечер в библиотеке, но попытка с треском провалилась. Оказалось, что невозможно читать книги, постоянно отвлекаясь друг на друга, переглядываясь и хихикая. И спустя пару часов суровая библиотекарша не выдержала нашего присутствия и с крайне недовольным выражением лица выпроводила нас за дверь, пригрозив напоследок:
— Ещё раз придете сюда миловаться – я на вас патрульным пожалуюсь!
Кайл, кстати, стал одеваться иначе. Простые футболки и джинсы уступили место стильным вещам – всё ещё в его духе, но с лоском престижного района. Чёрные, синие и белые рубашки, облегающие его накачанную грудь, тёмные брюки, подчёркивающие мускулистые ноги, кожаные ботинки вместо военных берцев. Ему безумно идёт! Я как-то даже пошутила, что он выглядит так, будто готовится к фотосессии для обложки журнала. Но он лишь загадочно улыбнулся и перевёл разговор на другую тему. А ещё я заметила, что такую одежду он надевает, похоже, только здесь, в нашем районе. Словно притворяется, чтобы не выделяться. Но даже в этой “новой роли” Кайл остаётся собой – сдержанным, настоящим и с этой тёплой улыбкой, от которой я таю. Когда он в рубашке, мои глаза невольно скользят по его плечам, по тому, как ткань обтягивает его мускулы. И чего он ждёт? Я ведь давно готова!
Кажется, мы узнали друг друга до мельчайших деталей. Оказалось, что Кайл обожает тренировки, что, в принципе, совсем не удивительно, учитывая его телосложение. Говорит, что это жизненно необходимо, чтобы выжить в шахте. Ещё выяснилось, что ему нравятся детективы, где всё максимально запутанно, но в конце логично и чётко объясняется – любит сравнивать свои догадки с замыслами автора. А я ему рассказала, что коллекционирую старые книги, уцелевшие после катастрофы, и про то, что немного, по вдохновению, фотографирую. Правда, потом, смущаясь, пришлось показывать свои снимки: как солнце падает на листву, как волна разбивается о камни и как красиво отражается ряд фонарей в луже после дождя, и вроде бы Кайлу они понравились.
А совсем недавно, три дня назад, Кайл учил меня метать ножи в парке. И это было невероятно!
Его сильные, но нежные руки обхватили меня со спины, корректируя мою стойку.
— Держи спину ровно, Лина. Смотри на цель, забудь о ноже, — прошептал он мне на ухо, и его дыхание коснулось моей кожи, распространяя волны тепла по всему телу.
Я ощутила его грудь, плотно прижатую к моей спине, и вся моя концентрация мгновенно испарилась, оставив внутри лишь жгучее желание. Но дальше – больше! Его бедра случайно коснулись моих, и я сразу же напряглась, точно натянутая струна.
— Попробуй расслабиться, — улыбнулся Кайл, разминая мои плечи.
Но как тут расслабиться, когда его близость обжигает, словно пламя? Нож буквально выпал из руки и, кувыркаясь, улетел в кусты.
— Я так и планировала! — выпалила я, оборачиваясь к нему.
Наши лица оказались настолько близко, что я буквально разглядела маленькие чёрные искорки в глубине его серых глаз.
— Не отвлекайся. Сама же просила тебя научить, — его голос звучал приглушённо, а руки крепче обвили мою талию, притягивая к себе и лишая способности мыслить здраво.
Бросаю наугад, уже не целясь, и, к моему удивлению, нож почти попадает в яблочко.
— Отличный результат для второй попытки. Ты быстро учишься, Лина, — похвалил он, нежно целуя меня в шею.
Его ладони медленно скользнули по моему животу, прижимая ещё теснее, и я почувствовала, как его тело откликается, но внезапно он будто опомнился, отстранился и сделал шаг назад.
— Ещё раз, сосредоточься, — тихо произнес он, но потемневшие глаза говорили за него. Кайл хотел совершенно иного.
Вот не понимаю, что его останавливает. Неужели он считает, что я передумаю и отступлю в последний момент? Или, может, боится сделать мне больно? Эх…
А ещё месяц назад он рассказал мне про шахты, и это оказалось настолько интересно и захватывающе, что я слушала, не отвлекаясь ни на секунду и, кажется, иногда забывала дышать. Ни в одной инструкции для кураторов и близко не было столько ценной информации! Лишь сухие указания о том, как общаться с истребителями и снимать показания с датчиков в шахте.
— Запоминай. На первых двух уровнях, как тебе, скорее всего, известно, тварей практически нет, а те, что попадаются, не представляют серьезной угрозы, — начал Кайл. — На -3 уровне монстры мелкие, тупые, примитивные, но их много, давят числом. Шкуры у них, за очень редким исключением, легко пробиваются огнестрельным оружием. Группа новичков с такой зачисткой справится без проблем. Но с каждым уровнем вниз чудовища приобретают всё больше специфических свойств и особенностей. На -5 они уже довольно хитрые и, главное, умеют прятаться: в тенях, на потолке, могут ждать за поворотом или в едва заметной расщелине…
Многое он мне объяснил в тот день. В какой-то момент я даже не выдержала, вытащила из сумки ежедневник и начала конспектировать самые важные моменты, чтобы потом поделиться с коллегами. Кайла это, конечно, удивило, но результат превзошел все ожидания! У тех сотрудников, кто не поленился прочитать мои записи, уровень смертности среди подопечных истребителей за последний месяц упал вдвое!
Вчера, едва узнав об этом, я сразу же бросилась переносить свои записи в электронный формат и, как только всё было готово, разослала всем без исключения кураторам. И, признаюсь, припугнула в сопроводительном письме выдуманными слухами об увольнении тех, кто не выучит информацию наизусть. Конечно, сегодня я уже успела получить нагоняй от отца за самодеятельность, но и похвалу за инициативность и распространение столь важных знаний. Удивительно, но он даже не спросил, откуда у меня вся эта информация, хотя я была готова – заранее продумала алиби и, более того, попросила Марту из управления шахт прикрыть меня, если что. Но, к моей радости, все мои объяснения не пригодились, а папа ещё и заверил, что поручит оформить эти данные в методичку и отправить в другие города в качестве дополнительного материала!
Нужно обязательно рассказать про наш успех Кайлу! Уверена, он будет рад, и возможно даже… Тфу, снова я не о том думаю!
Иногда на вечеринках и прогулках к нам присоединяются Софи и Марк. Но, похоже, у них начинается разлад в отношениях… Они спорят всё чаще, взаимные розыгрыши и приколы становятся резче, а взгляды – холоднее.
— Всё нормально, Лина, — отмахивается Софи, когда я спрашиваю, — Просто Марк… он стал каким-то далёким, словно его подменили. Представляешь, даже забыл, что я терпеть не могу ананасы в пицце.
Понимаю, что она старается скрыть боль за шуткой, но я же вижу слезы в ее глазах, и моё сердце разрывается от тревоги. И самое ужасное, что я абсолютно бессильна помочь своей лучшей подруге. А Марк и правда как-то неуловимо изменился – стал серьезнее, реже смеется, все больше молчит и задумчиво смотрит куда-то вдаль. Да и с Кайлом они разговаривают намного меньше, будто терпят друг друга, а не дружат.
Лёд в бокале уже почти растаял, превратив коктейль в практически безвкусную воду, а часы показывают, что до встречи с Вивьен осталось около 20 минут. Так, что же я ещё забыла написать? Точно!