— Ийшшшааа…. — пронеслось эхом по кладбищу, — Ийшшша… Фешшара тумуло…
Голос, словно ветер, пронесся над покосившимися крестами, хлестнул волной и загулял отголосками где-то в лесу. Ограды жалобно заскрипели калитками. Костика вытолкнуло из могилы, словно земля отторгла его. Вода впиталась в почву.
Вместе с кроссовками, однако.
Грязный, босой и злой, как тысяча чертей из ледяного ада, которым угля не подвезли, Дошкин брел по улице, матеря себя на разные лады.
Как он мог поверить этой гадине? Она же специально. “Вода прибывает.” - это же Костиков дар сработал. Да еще ногой топнул, дурак. Она же не дружить хочет, а конкурента извести.
Проходя мимо ведьминого дома, Костик соскреб с себя всю грязь, что удалось, скатал в руках и запустил в сторону дома. Комок тихо чвякнул, растекаясь по белой стене. Вот тебе кладбищенская земля, подружка!
На заборчик вспрыгнул черный кот, выгнулся дугой и оскалив зубы, дико завыл.
— Тьфу на тебя! — Дошкин отряхнул руки и пошлепал к дому.
Как только он включил свет в коридоре, тут же нарисовался Зайка.
— Ооо! Это откуда к нам такого дерьмодемона занесло? Или что на тебе такое коричневое? — Мохнатый ходил кругами вокруг парня и неодобрительно цокал языком.
Пришлось все рассказывать.
Зайка долго ржал, а потом, нахмурившись, стал пристально вглядываться в Костиковы глаза.
— Ты, конечно дурак еще тот. Ведьме поверил. Но, поздравляю тебя с открытием.
— С каким еще открытием?
— Открытием дара твоего, тупень! Вода после слов пошла? Пошла. Просто ты еще не понимаешь, как этим пользоваться. Ну, ничего, я буду твоим учителем. — и Зайка важно приосанился.
— Ты знаешь, а ведь мне на кладбище кто-то помог. Когда меня совсем глубоко затащило, там как-будто ветер пронесся и сказал что-то типа “ Ишшшаа!” И тогда меня вытолкнуло из ямы.
Зайка застыл, занеся над головой руку, которой он хотел почесать макушку. Потом медленно перевел взгляд круглых карих глазок на Дошкина.
— Сам Велес? Тебе Велес помог. Этот язык только боги и помнят. На нем все самые сильные заклинания, чтобы природой управлять.
Мохнатый немного потоптался молча, о чем-то раздумывая, а потом снова стал ехидным рылом.
— Ты, это, не толкись тут, как голем безмозглый. Мойся иди. Весь пол засрал.
Костик послушно пошел в пристройку, где была ванная. В баню бы надо завтра. Стянул с себя успевшие покрыться коркой шмотки и включил воду.
В раковине плавала серебристая чешуя.
Часть четвертая. Проклятое озеро.
Костик возился во дворе с мотоциклом, солнце ласково пригревало дошкинскую макушку и корпус “Урала”. Парень периодически похлопывал железного коня по теплому баку, подкручивал гайки, крутил руль.
За забором, по улице, бегали стайки мальчишек, что-то весело крича играли в футбол. Пару раз пришлось подавать мяч, залетевший во двор. Дошкин довольно жмурился, неспешно ходил от сарая к мотоциклу, мысли его были медленными и умиротворенными.
А думал он о том, что в деревне ему нравится все больше и больше, несмотря на случившееся на кладбище и ночной бой с тварью из колодца. Колодец он, кстати, продолжал обходить по широкой дуге, принципиально в него не заглядывая. Честно говоря, такая принципиальность была основана на боязни увидеть в нем еще кого-нибудь. Крышка так и была открыта, в колодце больше никто не пел — гастроли кончились.
“Ну где еще походишь в одних трусах по двору? — думал Дошкин, — Да нигде. Делай что хочешь. И никто не вздыхает над ухом. Матери надо позвонить, кстати.”
Намывая “Урал”, Костик стал возить тряпкой по полу в люльке, и под ковриком, в ногах, нащупал какой-то бугор. Задрав коврик, он обнаружил там рогатку. Большую такую, сделанную из дерева, отполированную и видно, что старую. Резиновые жгуты на ней явно были заменены не так давно, коженка тоже.
— Оооо… Вот это вещь! — день Костика становился все лучше и лучше. В голове его заиграли воинственные мелодии, стеклянные бутылки стали разлетаться от точных попаданий меткого стрелка Дошкина К. М.
Он подобрал камешек с земли, пристроил его в ложе и стал натягивать жгуты. Да то ли они стали неэластичные, то ли силенок не хватало - растянуть резинки, чтобы далеко стрельнуть, ему не удалось. Но, радость от обладания таким предметом не стала меньше.