Почему-то Кобылянский у меня вдруг начал ассоциироваться с тем телефоном из сейфа. А значит, пришло время его включить.
Глава 12
Я запер дверь в кабинет на замок, открыл сейф и достал телефон. Недолго думая, нажал кнопку сбоку. Но вместо яблока засветилась надпись на английском «Samsung».
Телефон включился без пароля. Первым делом я нашёл галерею и зашёл в фотографии и видео, но там было пусто. Этот телефон вообще отличался от айфонки, всё было по-другому, но я на удивление знал, куда нажимать, и происходило всё будто само собой.
Решил посмотреть историю звонков. Там был всего один номер, подписанный буквой «А». И, судя по истории, этому «А» звонили примерно раз в две-три недели, а вот сам загадочный «А» никогда не звонил.
Почему-то сразу подумалось, что А — это Анжелика, любовница Марочкина. Возможно, он использовал этот телефон, чтобы с ней связываться. Но при чём тут Кобылянский, всплывший в памяти? Нет, я чувствовал, что это важно и связано с Кобылянским. Значит, нужно позвонить.
Довольно долго на том конце никто не брал трубку. Наконец ответил заспанный мужской голос:
— Алё, братик? Как чё? Как дела?
— Всё в порядке, — задумчиво протянул я, предоставив собеседнику продолжать разговор. Сам я не очень понимал, куда вести беседу.
— Чё там тебе? Как обычно? Я сегодня, если честно, не смогу. Хреново. Завтра съезжу к своему барыге с утра. Окей? Тебе чё там надо? Как обычно?
— Как обычно, — согласился я, уже поняв, о чём речь.
— Ну давай, добро, договорились. Пусть тогда твой Вован как обычно к четырём ко мне на работу подскакивает на курилку. Ценник тот же.
— Договорились, — задумчиво протянул я.
На той стороне, даже не попрощавшись, сбросили звонок. Дела, конечно, дерьмовые. Однако при чём тут Кобылянский, мне так и не стало ясно.
Я выключил телефон и положил обратно в сейф. В голове складывалась мутная схема. Вовчик время от времени ездил покупать дурь для Марочкина у этого «А».
Значит, нужен Вова. Я достал айфонку, нашёл в контактах «Вова Водитель» и позвонил.
Вовчик взял трубку почти сразу.
— Слушаю, Жень Михалыч, — готово отозвался он.
— Зайди ко мне в кабинет, разговор есть, — сказал я.
— Уже иду, — сразу ответил он.
Через минуту Вова вошёл в кабинет, напряжённо остановился у порога.
— Закрой дверь. Присядь, — кивнул я, взглядом указав на кресло напротив.
Он вошёл, запер дверь, уселся и уставился на меня с нескрываемым любопытством.
— Я тут вспомнил кое-что, — сказал я. — Ты для меня время от времени ездил и покупал кое-что у некого «А».
— Ага, у Антона, — медленно кивнул Вова. — Что? Опять надо за «посылкой» сгонять? — Он едва заметно нахмурился, поёрзал на месте.
— Пока меня больше интересует, кто ещё об этом знает и кто такой этот Антон.
— А, понял, не совсем значит, вспомнили, — с готовностью кивнул Вова. — Так это, никто, кроме меня, не в курсе. Даже Геннадий Петрович. Да он бы и не позволил. Это, так сказать, наш с вами секрет, — понизив голос, сказал Вова. — Антоха вроде кент ваш какой-то давнишний. Одноклассник, что ли, я, если честно, не в курсе. Ну, вы так, не то чтобы тусовались, только по этим делам. Он на сталелитейке работает.
Я заинтересованно уставился на него.
— На сталелитейке, говоришь? На той самой, которую Кобылянский держит?
— Да, вроде на ней, — неуверенно кивнул Вова. — Она у нас в Жданогорске одна, другой нет.