Ноги сами несут меня в нашу спальню. Я впадаю в странную лихорадку. Желание крушить, уничтожать, затмевает разум. Прохожу в смежную гардеробную. В руках появляются ножницы.
Это глупо, да. Вещи не виноваты ни в чем. Но я кромсаю рубашки мужа с упоением. Потом берусь за трусы. Дорогущие, муж любит все элитное.
Срываю белье с постели. Не могу сваливаю в пододеяльник предметы своего творчества, завязываю в узел и тащу вниз, в прачечную.
Сжечь бы, но вони тогда будет на участке.
Я все еще остаюсь рациональной и хладнокровной.
И у меня все еще нет слез.
Забираю свою одежду из гардеробной, оставляя после себя разруху и хаос.
Уношу в комнату для гостей на верхнем этаже. Мы его только достроили. К нам не так уж часто кто-то приезжает, и я всегда считала, что третий этаж — глупая идея. Но муж хотел, так что я не спорила.
Вот сейчас занимаю там комнату, пригодилась.
Здесь уже есть белье, я недавно купила новые комплекты. Застилаю постель, иду в душ. Как бы было чудесно взят и смыть с себя омерзение, чувство брезгливости… Но увы, проведя час под душем я понимаю, что они никуда не делись.
А самое паршивое — это чувство растерянности. Что говорить детям? Как объяснить?
Как дальше существовать с Георгом? Как вести себя с друзьями, с коллегами? Это все равно что публичная порка! Стыд-то какой, Алена! Как это могло с тобой случиться?
Слез нет, зато выть хочется.
Наконец, усталость берет свое, я падаю на постель и засыпаю.
Глава 4
— Ты неплохо повеселилась, да? Пар выпустила?
Открываю глаза. Надо мной стоит муж. Я сразу понимаю, что он в бешенстве.
— Вещи тут при чем, Алена?! — орет на меня, не скрывая эмоций.
Обычно Георг спокоен и хладнокровен, редко выходит из себя. Пожалуй, таким злым я его не видела.
— Тебе не стыдно? — отвечаю спокойно. Эмоций нет. То ли не проснулась, то ли выплеснула все что было в инциденте с одеждой.
— Мне?? Или тебе?? Кто так поступает? Малолетняя истеричка?
— А тебя сейчас как раз на малолетних потянуло? — усмехаюсь. — Игнатовой двадцать пять, а тебе полтинник через два месяца стукнет!
Муж сжимает губы еще крепче. Слышно даже, как скрежещет зубами.
— И когда ты стала такой сукой? Еще и ханжа! Ты мне противна!
— В этом у нас точно полное взаимопонимание!
Я не думала, что у нас случится такой разговор. Полагала, что Георг будет извиняться, просить его понять и простить. Какая же наивная дура! Виноватым муж точно не выглядит. А вот опасным — возможно.
Мне становится не по себе.
— То, что ты сделал — отвратительно. Если тебе так плохо было со мной — мог бы просто сказать. И все бы сделали как цивилизованные люди!
— Ворох порезанной брендовой одежды, это по-твоему цивилизованно? — буравит меня ненавидящим взглядом.
До чего мы докатились… Причем так внезапно. Я даже не подозревала. Ревновал, как всегда. Неделю назад взбесился, когда мне цветы от пациента принесли! И ведь ничего не смутило!