Лицей 2024. Восьмой выпуск: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

© Маркина А., Капустина Е., Негматов Л., Нацентов В., Лунёвская М., тексты

© Андерсен М.Б., предисловие

© Григорьев В., предисловие

© Буйда Ю., Скворцов А., предисловие

© Бондаренко А., художественное оформление

© ООО “Издательство АСТ”

Мортен Бундгорд Андерсен

Уважаемые участники, дорогие друзья и коллеги!

Перед вами – сборник произведений лауреатов восьмого сезона премии “Лицей”. Этот год подарил нам множество ярких событий, вдохновения и творческих прорывов. Каждое произведение, вошедшее в сборник, сияет своей индивидуальностью, чувственностью и профессионализмом. Авторы вложили частичку своей души в эти творения, создав невероятную эмоциональную палитру.

Мы гордимся тем, что смогли стать частью творческого пути молодых прозаиков и поэтов, помогая им воплотить свои идеи в произведениях, отмеченных этой престижной премией.

Сердечно желаем каждому из них новых творческих побед и свершений. Продолжайте создавать и творить новые произведения, которые будут отражаться в истории русской литературы. Благодарим вас за неоценимый вклад в мировое культурное наследие. Пусть ваше искусство всегда остается источником вдохновения для многих, и пусть премия “Лицей” станет для вас новым витком на пути к литературному величию.

Владимир Григорьев

Шестеро лучших

Шестого июня, в 225-й день рождения Александра Пушкина, чьё имя носит премия “Лицей”, на Красной площади в Москве вновь были названы имена трёх лучших молодых поэтов и трёх лучших прозаиков этого года. “Лицей” продолжает оставаться одной из важнейших литературных премий страны для нового поколения авторов, увлечённо ищущих свою дорогу в большую литературу. Произведения “лицеистов”, уверен, уже скоро появятся в популярных литературных журналах и издательствах и станут хорошо известны широкой читательской аудитории.

Перед членами жюри восьмого сезона премии – писателями Юрием Буйдой (председатель жюри), Асей Володиной и Софьей Ремез, поэтами Ингой Кузнецовой и Артёмом Скворцовым, критиком Иваном Родионовым – стояла традиционно сложная задача – выбрать трёх лучших в каждой номинации. И жюри, помимо присуждения основных наград, отметило специальными дипломами трёх авторов: прозаика Дениса Дымченко – за экзистенциальную глубину и поэтов Агнессу Перлову – за остроту поэтического переживания и Артёма Ушканова – за новаторство. Жюри обратило внимание, что одной из главных тем для молодых авторов является разговор о себе, о среде, в которой они выросли, попытка рассказать свою собственную историю, историю своего рода – как в прозе, так и в поэзии.

Замечательно, что в 2024 году лауреатами премии “Лицей” стали авторы из самых разных уголков нашей большой страны: первое место в номинации “Поэзия” занял поэт из Саратова Леонид Негматов – одно из самых ярких открытий этого премиального сезона. Малоизвестный до сей поры поэт в сборнике “Открой” удивил зрелыми стихами, которые отличаются неожиданными образами и сложным ассоциативным рядом. Воронежский поэт Василий Нацентов, получивший второе место за книгу лирики “Автопортрет”, не впервые оказывается в центре внимания “Лицея”. Он создаёт интеллектуальную поэзию с богатым культурным бэкграундом, музыкальностью и композиционной стройностью. Третье место – у Майки Лунёвской (село Первая Берёзовка Тамбовской области). В её сборнике стихотворений “Лес” бытовые сцены, непритязательный сельский пейзаж внезапно прорастают метафизикой, и малая родина неожиданно разворачивается до размеров целой страны.

Лауреаты-прозаики этого сезона как будто дают быстрый срез настроений современной прозы. Малая форма переживает ренессанс, и неудивительно, что первое место заняла Анна Маркина (Люберцы) со сборником рассказов “Рыба моя рыба”. В фокусе внимания в нём – человек и всё, что его тревожит: это реалистичная, филигранная в формулировках и очень поэтичная проза. Второе место – у Ольги Харитоновой (Новосибирск), рассказы которой в сборнике “Чужая сторона” при чтении не распадаются на отдельные звенья: это цельное, плотно сотканное из фантастических допущений и популярного сегодня жанра “русская реальность”, полотно. Опыт фотографа-волонтёрки Евфросинии Капустиной (Санкт-Петербург, третье место), описавшей поездку в Латинскую Америку в повести “Люди, которых нет на карте”, не столь экзотичен для российского читателя, как может показаться на первый взгляд: в конце концов, люди везде одинаково дружат, любят и претерпевают лишения, страдают и изменяются со временем.

Тексты всех победителей восьмого сезона премии “Лицей” объединяет высокий профессионализм и мощный потенциал. Ценно, что авторы, несмотря на молодость, обладают глубокими знаниями, в совершенстве владеют богатством литературных приёмов, умело выстраивают сюжет и композицию, ювелирно работают с великим русским словом. И мы вправе ожидать от “лицеистов” дальнейшего роста и литературных удач. Читайте их произведения, наслаждайтесь, открывайте для себя новые имена и талантливое будущее российской словесности.

Юрий Буйда, Артём Скворцов

Золотая нить княгини Февронии

Вдревнерусской повести о Петре и Февронии Муромских князь и княгиня сговариваются умереть вместе, в один день и час. Почуяв приближение смерти, князь Пётр посылает за женой, которая в это время вышивает узор на покрывале. Верная слову, княгиня втыкает иголку в шитьё и наматывает на неё золотую нитку. После чего отправляется к мужу, рядом с которым и умирает.

Жизнь и повествование завершены.

Эта иголка – потрясающая деталь, фонарь, освещающий не только древнерусскую повесть, но, пожалуй, и всю традицию русского рассказа, столь чуткого к свету.

Эта традиция, хранимая нашим языком, требует упорядочивания мира, гармонизации человеческих представлений о нём, точнее, “сжимает” мир до границ человеческих возможностей и тем самым экономит силы и время читателя, который не хуже автора знает: если цветок – роза, то смерть неизбежна.

О рассказе я заговорил, разумеется, не случайно: первое место среди “лицеистов” по разряду прозы заняла Анна Маркина с книгой рассказов “Рыба моя рыба”, второе с книгой рассказов же (“Чужая сторона”) – Ольга Харитонова, а повесть Евфросинии Капустиной “Люди, которых нет на карте”, занявшая третье место, это, в сущности, цепочка мини-новелл, связанных личностью автора и местом действия.

Объединяет авторов, кстати, и тяга к фантастическому – к тому фантастическому в жизни, которое запросто даст фору любой литературной фантастике.

Примечателен в этом смысле рассказ Анны Маркиной “Вышивальщик”, герой которого – человек никудышный, пьющий, обочинный – находит общий язык с взрослой дочерью только в тех случаях, когда речь идет о пяльцах и вышивке, детском увлечении дочери. Однажды он пытается обменять вышивку на водку у продавщицы, которая давно мечтает о ребёнке (в сюжете вышивки присутствует ребёнок). Вскоре продавщица наконец-то беременеет, и ей кажется (простая ж душа), что это связано с волшебной вышивкой. Так начинается преображение пьяницы-вышивальщика в героя городской окраины, к которому выстраивается “очередь за чудом”.

Свободно льющаяся, иногда кажущаяся сырой речь Маркиной жёстко организована при помощи продуманных деталей, “подсвечивающих” непритязательный быт и создающих интонационное своеобразие её прозы. В рассказе “Этот вагон не отапливается” такой деталью становится шкатулка с прахом кота, в рассказе “Tesla” – мешок сахара, воплощающий надежду героини на возможность иной жизни.

Манера письма Ольги Харитоновой заставляет вспомнить главное требование британских прозаиков к повествованию, которое, по их мнению, должно быть сжатым, точным и ясным: “Пазик, «бывавший на всех фронтах», вёз Леонида к берегу Белого моря. Набегали и удалялись за окнами редкие селения, лес постепенно редел, всё чаще встречались серые пролысины болот. Заканчивался ещё один день из отпуска…”

Герой приезжает в поморскую деревню, чтобы проводить в последний путь своего друга, и оказывается среди совершенно чужих людей. Скупые кадры похорон: “До кладбища ничего и не было: только усталость в ногах, только острый сосновый запах в носу. Пошли осторожно между могил. Среди обычных православных крестов встречались старообрядческие резные столбики-голбецы – надгробия в виде «домика» с крышей. Были ещё какие-то с резным рисунком и надписями, прочитать которые Леонид не мог”. Деревенская старуха, тотчас признающая в Леониде чужака: “Не наш. А чужая сторона и без мыла вымоет”. И неотступное чувство: что-то не так делаю, не то и не так, которое не снимается и трогательной, нелепо-наивной концовкой.

Повесть Евфросинии Капустиной “Люди, которых нет на карте” едва ли не с первых строк привлекает органической естественностью стиля, который свойствен многим интернет-блогерам, пренебрегающим отточенностью фразы ради искренности. Автор – фотограф-волонтёр в глухой латиноамериканской деревне, и взгляд у неё – цепкий: “Усталая мать спит на скамейке, а ребёнок у её ног ест песок, банановую шкурку и собачий хвост одновременно”. Однако важны тут не картинки экзотической природы и быта, а подвижническая работа волонтёров, неустанно пытающихся помочь местным жителям – девочкам, которые в четырнадцать лет становятся матерями, старухам, впервые в жизни высыпающимся под капельницей, людям, которые не знают, что такое весёлая свадьба.

Евфросиния Капустина, чужая в этой экзотической жизни на другом конце света, смотрит на неё нечужим взглядом, ибо она тут хоть и чужая, но не лишняя: “Я всё больше думаю о том, что мир в лучших своих проявлениях держится на людях. На таких, как доктор Лена. Которая в ночи гуглила, писала, звонила в чужой стране и на чужом языке. Искала шелтер для женщины, пережившей насилие. И нашла. На таких, как водитель Костя. Который каждый вечер, несколько лет уже, садится за руль ночного автобуса ночлежки и везёт по темнеющему Петербургу горячую еду тем, кому вообще нечего и негде есть. На таких, как искусствовед Варя. Которая на первую же крупную премию вместе с женихом начала восстанавливать старую школу в глухой поморской деревне. На таких, как вы. Которые не ждут, пока придёт кто-то большой, сильный и порешает всё плохое, а берут и делают. Что умеют и как умеют. Главное – делают”.