Голос Борислава не терпел возражений.
— Повторяйте за мной.
Он не ждал согласия, просто диктовал.
— Клянусь служить ордену ратников.
Голосов, подхвативших эту фразу, было не так уж и много. И прозвучали они вразнобой и несогласованно.
— Громче! — рявкнул Борислав, и каменная кладка вокруг задрожала. — Вы теперь Вороны! Клянусь!
— Клянусь! — на этот раз крик был уже оглушительным, полным гордости и ярости.
Я же скорее спокойно произносил эти слова.
— Клянусь подчиняться приказам и защищать земли империи от любой угрозы, внешней и внутренней.
— Клянусь!
— Клянусь сложить голову, но не отступить с вверенного поста.
— Клянусь!
Не было упоминаний ни имперского герба, ни самого императора. Это, похоже, оставаляли для официальной клятвы. Сейчас был только долг перед орденом. Только война.
— Ещё раз повторю: все церемонии откладываются, — холодно констатировал Борислав, когда последнее эхо клятвы растаяло в воздухе. — Волки и Медведи выдадут вам задания прямо на месте. Те, кто его не получит, ждите. Главное — дисциплина и порядок. Кто побежит…
Борислав сделал многозначительную паузу, осматривая ряды ратников холодным взглядом.
— … лично зарублю как дезертира. Разойдись!
Люди в строю не сразу двинулись с места, но вокруг раздались голоса Волков и Медведей, и новоиспечённые Вороны задвигались управляемым потоком.
Я подметил ещё кое-что: клятва, данная сейчас Бориславу и ордену, никак не отразилась в ауре. Это означало, что она не имела никакой связывающей силы. Что-то подсказывало мне, что с императором всё было бы совсем по-другому.
Ко мне тут же подошел Иван. Его лицо было багровым от напряжения.
— Командир, что тут вообще происходит?
Я не успел ответить. К нам пробивалась Ярослава, и я отодвинул пару Воронов и притянул рыжую к нам.
— Спасибо, — выдохнула она. — Где Громов и остальные?
— Позже, — отрезал я, оглядываясь по сторонам.
В этот момент к нашему строю подошёл один из инструкторов-Волков, коренастый, с ирокезом чёрных волос. Он бегло окинул нас взглядом и остановился на мне.
— Есть боевая задача, — обратился он ко мне.
— Слушаю, — ответил я и шагнул вперёд.
И тут из-за спин двух дюжих Воронов вынырнул бледный как полотно Соловьёв. Его дорогой камзол был порван у плеча, а распущенные волосы превратились в птичье гнездо.
— Чёрт бы побрал эту чёртову толпу! — выдохнул он, потирая локоть. — Меня чуть не растоптали! Слышали, говорят, война началась…
Соловьёв не обращал внимания на инструктора-Волка и выплёскивал своё недовольство.
— Кхм-кхм, — кашлянул Иван и многозначительно закивал головой на инструктора.