— Ну…я не знаю…я никогда этого не делала…
— Ну и что? Многие успешные люди никогда чего-то не делали, а потом взяли и сделали, и получилось, это не аргумент.
— Я не знаю… я знаю, что не получится, я не умею.
— Это тоже не аргумент!
— У меня нет столько денег! — в отчаянии выкрикиваю.
— Ой, ладно, я знаю ты обеспеченная женщина, не каждый может позволить себе новый год в Париже. У тебя должны быть деньги. И если ты сейчас их не вложишь, то они очень быстро закончатся и их не будет.
— Дом, отстань от меня со своей школой, — я начинаю сердится.
— Хорошо, хорошо, — он поднимает ладони вверх, словно сдается, — но обещай подумать.
— Обещаю, — говорю я, — лишь бы отстал.
Но странным образом эта мысль прочно внедряется в мою голову и не дает покоя. Своя школа вокала…Собственно, а почему бы и нет? Я не нахожу причин, почему я не могу попробовать. Единственная, это деньги. Хватит ли мне моих сбережений? Весь вечер я ломала голову, прикидывала и так и этак.
Теперь я уже хочу поскорее домой, чтобы составить бизнес план и начать действовать.
И вот Доминик усаживает нас в самолет, несколько часов полета и мы сходим на родную землю.
Мы получаем багаж, выходим из здания аэропорта и я сразу вижу Руслана. Он стоит прислонившись к своему огромному джипу, руки в карманах. Его выражение лица не сулит ничего хорошего. Он зол, как черт.
Глава 17
Ему ноги повыдергиваю, а тебя в клетку
У меня екает сердце от страха и радости, я так соскучилась по нему. Ничего не могу с собой поделать, жадно разглядываю родное лицо, впитываю каждую черточку, морщинку между сведенными бровями, упрямо сжатые красивые губы. Интересно, он знает, какой красивый когда злится?
— Папа! — Сашка бежит к нему раскинув руки, — следом вроде как не спеша торопится Егор.
Мальчишкам не терпится рассказать свои впечатления, значит пока я в безопасности. При детях он не будет орать на меня. Я пытаюсь храбриться, ведь ничего плохого я не делала, тем более мы почти уже не супруги, но сердце тревожно ноет. За годы брака я никуда не ездила без Руслана и тем более не развлекалась в компании других мужчин.
— Привет, как отдохнула? — сверлит меня глазами.
— Отлично отдохнула! — заявляю с вызовом.
— Поехали домой, поговорить надо.
— Куда домой? К тебе или ко мне? Я съезжаю в свою квартиру.
Пауза. Шокирован? Смотрит на меня в упор, сжав зубы, а в глазах боль такая, что мне хочется упасть к нему на грудь и прижаться, разгладить эту хмурую морщинку, поцеловать в губы, увидеть наконец такую любимую улыбку.
Но в памяти всплывают неприличные фото с голой девкой и я снова деревенею.
«Сам! Ты сам виноват!» — кричу ему глазами, — «мне тоже больно из-за тебя!»
Дети прерывают наш молчаливый диалог, требуют внимания. Мы едем домой, не буду пока при детях скандалить, молчу, строю варианты диалога в голове.
Приезжаем, я надеваю домашний костюм и иду готовить ужин. Дети в гостиной взахлеб рассказывают Руслану про Париж, Диснейленд, Эйфелеву башню и…дядю Доминика. Ну и пусть, я и не собиралась скрывать, посмотрим как Руслану это понравится, он не единственный мужчина на земле, да и я не совсем еще клуша-домохозяйка.
Когда дети поужинали и наконец-то уснули, Руслан приходит ко мне на кухню.
Я убираю со стола, мою мою посуду и не обращаю на него внимания. Внутренне готовлюсь к неприятному разговору.
— Доминик значит? — неожиданно спокойно спрашивает Руслан, — кто он?
Я обескуражена, ждала грома и молний, готовилась, ответные реплики придумала уже, а он так спокоен.