— Если обидишь её, то прибью, — сказал он совершенно серьёзно. — Но проверять не советую.
Андрей кивнул, принимая это как данность.
— Никогда, — тихо ответил он.
— Ладно, — махнул рукой Витя, словно между ними только что был заключён какой-то негласный договор. — Гриша останется у нас столько, сколько нужно. Всё будет в порядке.
Я благодарно улыбнулась.
— Спасибо, Вить. Ты, как всегда, спасаешь меня.
— Ты моя сестра, — напомнил он, подмигнув. — Спасать тебя — моя работа.
В полиции я рассказала все и даже про аферу, которую Лёня мне предлагал провернуть.
Неделю назад.
— Давай вложимся. Дело верное. Биткоины. — муж канючил, пытаясь всеми правдами и неправдами достать деньги с моего счета. — Будем майнить!
Вот уж действительно — жизнь с Лёней никогда не бывает скучной.
— Ты не понимаешь?! — внутри меня взорвался вулкан. — Твоя затея… то ли выгорит, то ли нет! А чем мне ребёнка кормить?! Чем платить за квартиру?! Платёж по кредиту на носу!
— Спокойствие, — Лёня важно почесал бородку, с видом гениального стратега. — Я всё придумал. Только вот нам следует купить новую видеокарту для этого. Не для игры, ты не подумай.
— Дай угадаю, — я смерила его ледяным взглядом. — Чтобы купить эту дорогущую железку, мне нужно взять больше подработок? Ночами таскать мешки с цементом? Или, может, пойти на панель?
— А ты можешь? — с неподдельным интересом уточнил Лёня, удивленно вскинув бровь.
На мгновение потеряла дар речи. Потом глубоко вдохнула и процедила сквозь зубы:
— Я могу, — чувствуя, как голос становится ниже и опаснее. — Я всё могу. Вопрос: зачем тогда ты мне нужен? Если я и сама прекрасно справляюсь с ролью добытчика?
— Ой, у вас, у баб, одни деньги на уме! — махнул рукой Леня.
— Где ты бабу увидел? Я женщина.
— Женщина, женщина и очень привлекательная. Короче, план где взять деньги такой: я не работаю официально, с тобой фирмачи контракт тоже разорвали… Оформи ежемесячную выплату из материнского капитала. Вот и денежки.
На какое-то мгновение я застыла, не веря своим ушам. Потом медленно, словно боясь, что он начнёт оправдываться, спросила:
— Ты серьёзно? Ты хочешь потратить деньги, которые должны пойти на образование нашего ребёнка или на квартиру?
— Ну а что? — пожал плечами Лёня. — Мы ж сейчас живём в моменте! Надо решать проблемы здесь и сейчас! Гриша вырастет — разберётся, как ему быть. Да и… ты посмотри, какие перспективы у майнинговой фермы! Биткоины! Криптовалюта. — Он попытался улыбнуться, но, кажется, понял, что улыбка сейчас была не лучшим выбором.
— Лёня, — сказала я, медленно подбирая слова, чтобы не сорваться, — ты понимаешь, что мы уже в долгах? Что твоя «жизнь в моменте» длится с того самого момента, как ты прилетел из Гоа? И, если честно, мне надоело жить в твоей фантазии о том, что всё как-то само решится.
— Ну, ты так говоришь, будто я вообще ничего не делаю!
— Ну-ка поведай, что ты делаешь? — я шагнула вперед, прижимая муженька грудью к стенке.
— Идеи генерирую! Ещё пару месяцев, и… — задыхаясь проблеял он.
— И у нас ни денег, ни биткоинов, ни еды, — перебила я. — Но знаешь, что самое страшное? Ты даже не заметишь, как я перестану что-то объяснять и начну принимать решения, не советуясь с тобой. Потому что жить в моменте, Лёня, — это непозволительная роскошь.
Не сумев получить от меня деньги честным путем, он стащил карту и просто снял их со счета.
Следователь хмыкнул.