Однажды Ириного мужа Стаса уволили. Он ни в чём не провинился, просто в их компании отменили удалёнку и настояли на том, чтобы все снова работали из московского офиса. На фоне увольнения у Стаса случилась депрессия. Новая работа не приходила, ведь чтобы пришла, нужно врать на собеседовании, а враньё отнимает ресурс. Тогда Ира решила сдать свою московскую квартиру, для чего и попросила Зою разобрать вещи. Что-то – на свалку, что-то – будущим жильцам, что-то – «пожалуйста, пусть пока побудет у тебя». В этом «пока» было столько надежды.
У кого-то из них в тот день сбоил интернет. Зоино видео подвисало, Ирин голос прерывался. Зое приходилось по несколько раз показывать одно и то же и уточнять комментарии подруги. Происходящее страшно злило Зою, а ведь они не разобрали ещё и половины шкафа.
Зоя попросила кофе и перекур, во время которых узнала хоть что-то интересное для неё: что делаем с книжками? Ира пожала плечами: либо забери себе, либо продай на «Авито» и отдай деньги на благотворительность.
Зоя оглядела полки, но быстро поняла, что из библиотеки Иры и Стаса ей нечего забирать. С Ирой у них были схожие вкусы, но в последнее время она жаловалась на усугубившийся минус и перешла на аудио. А Стас окончил философский факультет МГУ и читал такое, что Зоин мозг вряд ли когда-нибудь смог бы осмыслить. Она рассматривала шкаф, заставленный умными книжками, выпущенными «Ad Marginem» и «Издательством Ивана Лимабаха», и понимала, что, ясное дело, никогда в жизни их не откроет. Или откроет, но не продвинется дальше седьмой страницы. Сделает их декором своей квартиры, способом производить впечатление на новых гостей. Будет жить, униженная интеллектом Стаса.
К чёрту, подумала Зоя. И выбрала благотворительность.
Она провела несколько вечеров, бережно протирая книги и фотографируя их. На этапе выкладки на «Авито» мучительно долго пыталась понять, какую цену назначить каждой. Все они были в идеальном состоянии: Стас относился к книжкам бережно; не то что Ира – она и учебники универской библиотеки не стеснялась перелистывать слюнявым пальцем, загибать уголки страниц и даже читать в ванной.
Вопрос с ценой дался особенно сложно. Какую поставить? По количеству страниц? Смешно. По востребованности? Но как понять, кто сейчас популярен? И вообще. Кто Зоя такая, чтобы в рублёвом эквиваленте оценивать Дерриду, Жижека и Ги де Бора. Короче, назначила каждой пятьсот рублей.
Книги ушли быстро. Большую часть забрал дед-букинист. Естественно, сумасшедший. Ну, такой, приятно-сумасшедший. Приехал быстро, всего через сорок минут после публикации объявления. Зоя вынесла ему книги к метро: тащить было тяжело, но звать незнакомца прямо в квартиру не хотелось. Катила в чемодане. Дед перебирал стопки на лавочке – натурально – с вожделением. По его многочисленным вопросам «Вы уверены, что хотите это отдать?», Зоя поняла, что «Дом с Маяком» и «Ночлежка» получат гораздо меньше, чем могли бы.
По итогу осталась небольшая стопка, которую Зоя забрала домой. Основанием стопки был «Киногид извращенца» Славоя Жижека. «Жижек – база», – наверное, пошутил бы в этом случае Стас. Но Зоя не знала, пошутил бы или нет: в философии она не понимала.
Однако, видимо, понимал пользователь с ником SuperYan.
Его сообщение отдавало сильным волнением.
Я куплю всё!!!!!! Могу перевести аванс!!!!!! Или заранее оплатить всё!!! Умоляю, никому не отдавайте!!!!!!!!!!
Зоя решила не раскрывать карты и не объяснять пользователю SuperYan, что он пока единственный интересант. И сухо написала: окей. Он спросил Зою, когда и где они могут увидеться. Погода была такой противной, что Зоя, позабыв о мерах предосторожности, назвала ему адрес.
Уже после того, как они договорились о встрече, Зоя догадалась проверить его профиль: маньяк или нет. Но ничего страшного не увидела. Пара айфонов, нотные сборники. Скукота.
Поплыла Зоя сразу, еще пока он был тоненький и размытый в дверном глазке. Вживую же – зонт-трость, серый костюм-тройка, узконосые рыжие туфли, крупные черты лица.
– Здравствуйте. Меня зовут Ян. Простите, бога ради. У меня плохо с технологиями, всё время забываю заряжать телефон, а без карты тут совсем заплутал. И ливень этот… Но я зато вам кое-что принёс.
– Ого, «Рафаэлло»! Обожаю, – сказала Зоя.
«Рафаэлло» Зоя терпеть не могла.
– А у вас ещё столько интересных объявлений было. Совсем редкие штуки, таких не найти в магазинах. Я добавил в «избранное», но увидел, что уже снято с публикации.
– Да, вас букинист один опередил.
– А почему продаёте?
Ян был так красив, Зое не хотелось его разубеждать в том, что она настоящая хозяйка библиотеки. Поэтому она расплывчато ответила:
– Пытаюсь порвать с прошлым.
Он какое-то время делал комплименты – уже своим – находкам, а она слушала и плыла. Обуваясь, Ян заприметил проигрыватель в углу комнаты.
– Любите музыку?
– Ну так, по настроению…
Он, кажется, хотел ещё что-то сказать, но не сказал.
Весь вечер Зоя думала о нём. Мужчине с необычным именем Ян, в костюме-тройке. Чем он занимается? С кем живёт? Кто его друзья? И главное: почему он не попросил её номер телефона?
Зоя села в кресло, поставила пластинку Анны Герман и приготовилась страдать.
Наутро Зое пришёл отзыв: «Прекрасный продавец с прекрасным ассортиментом». А через пятнадцать минут прямо в мессенджере «Авито» сообщение: «Выпьем вина?».