Петя уже доставал из буфета графин и рюмки.
– Володе, – согласился он, удивленно взглянув на девушку. – А вы его знаете?
– Знала… А как эта облигация попала ко всем вам?
– Значит, вам известно, что он выиграл десять тысяч?
– Мне про него все известно, – горько сказала Оля.
Петя внимательно посмотрел на нее.
– Значит, вы поссорились, – догадался он.
Оля не удержалась и всхлипнула:
– Да!
– Выпьем за то, чтобы вы помирились! – поднял тост Петя.
– Я никогда с ним не помирюсь. – И Оля решительно выпила.
– Вы закусывайте, – угощал Петя. – Володя – хороший парень. Только лоботряс. И знаете, – заверил Петя, считая, что приводит самый важный довод в пользу друга, – он непьющий, не то что я.
– Но все-таки, – попросила Оля, – почему вы отобрали у него облигацию?
И Петя, смущаясь, рассказал Оле все.
Теперь Оля на самом деле знала об Орешникове всю правду, кроме того, что он находился сейчас во власти соблазнительницы.
Лидия Сергеевна лежала на диване, укрытая пледом, Владимир Антонович расположился у нее в ногах.
– Лида, уже поздно. Пойдем, я тебя провожу! – Орешников с некоторым опозданием корил себя за капитуляцию.
– А чего я дома не видела? – лениво ответила Лидия Сергеевна.
– Нехорошо, муж будет беспокоиться… – гнул свою линию любовник.
– Не выпроваживай меня! Я тебя люблю и остаюсь здесь навсегда!
Орешников понял, что попал в безвыходное положение и заслужил это. Надо было выпутываться.
– Иди ко мне! – позвала Лидия Сергеевна.
– Обожди! Я думаю!
– О чем, милый?
Орешников поднялся и зашагал взад и вперед по комнате.
– Разве это справедливо, – с пафосом воскликнул он, – что они лишили нас доли?
– Не хочу я сейчас об этом думать…
– Не бросайся такими деньгами! – продолжал заманивать в ловушку Владимир Антонович.
– Я ими не бросаюсь. У меня их нет. – Лидия Сергеевна довольно быстро клюнула на приманку. – Но это безобразие! Это произвол!
– Ты права! – раздувал пламень ее обиды Орешников. – Мы должны добыть нашу законную долю. И ты мне поможешь. Одевайся!