Вытерев слёзы, она негромко произнесла:
– Ты был прав, и закат действительно пропитан грустью.
– Потому что каждый раз, провожая его, ты думаешь: каким бы ни был, удачным или неудачным, день – это мой день, и он уходит навсегда.
Элизабет вздрогнула и резко обернулась:
– Кристофер!
– Кристофер Оушен Морган к Вашим услугам, мисс О'Конелл.
Она смотрела на родное лицо, на любимые глаза цвета нефрита и чувствовала, как по щекам снова побежали слёзы. Сердце в груди забилось с неистовой скоростью, а дыхание участилось чуть ли не вдвое.
– Я… Прости меня, Кристофер, – прошептала Элизабет, борясь со слезами.
Морган тепло улыбнулся и, кивнув, притянул её к себе, склоняясь всё ниже к желанным губам. Каждый вечер на протяжении нескольких месяцев он приходил сюда, где они не один раз встречали рассвет и провожали закат. Он до последнего надеялся, что ожидание не будет напрасным; что, вопреки всему, она вспомнит всё, и они снова будут вместе.
Кристофер нежно прижимал Лис к себе, скользя пальцами по ровной спине, чтобы до конца убедиться, что это не мираж, не плод его воображения; что она не растает, словно туманная дымка, как только солнце скроется за океаном, позволив темноте не спеша поглотить всё вокруг, забирая волшебство момента единения их душ с собой в прошлое.
Когда волнение прошло, а переполнявшие их эмоции утихли, он отстранил её от себя и посмотрел в мокрое от слёз лицо:
– Я знал: ты вспомнишь. Ты не могла забыть то, что связывает нас. Это просто невозможно.
Элизабет быстро закивала и улыбнулась.
– Когда Алекс позвонил и сказал, что ты собираешься выйти замуж за Дэниела… – Кристофер замолчал. – Я подумал, что потерял тебя навсегда. Мало того, что обрезал все возможные пути связаться с тобой, так он ещё захотел привязать тебя к себе узами брака, чтобы прибрать к рукам бизнес твоего отца.
– Алекс…
– Тейт всеми силами пытался не допустить этого. По крайне мере, на бумагах. Однако залезть к тебе в душу он не мог. Нам оставалось лишь надеяться на твою волю и желание вспомнить прошлое.
Кристофер улыбнулся и, подняв руку, коснулся лица Элизабет. Большой палец нежно скользил вниз по её щеке. Очертив контур подбородка, он снова стал ползти вверх: туда, откуда начал своё движение. Она накрыла его руку ладонью и слегка склонила голову набок.
Минуты шли, плавно перетекая в часы, а они сидели на пляже, прижавшись друг к другу, и не могли расстаться. Они молчали, но это молчание приносило покой и умиротворение. Оно не отталкивало… Оно связывало их ещё крепче, соединяя воедино половинки двух любящих сердец и душ.
– Скажи, Лис, – вдруг произнёс Морган, повернувшись к ней. – Как ты смогла вспомнить меня? – Зелёные глаза с неподдельным интересом ждали ответа. – Ведь ещё днём, находясь у Тейта, ты не помнила ничего из прошлой жизни.
Элизабет провела ладонью по заросшей лёгкой щетиной щеке:
– Смотри на закаты, Кристофер, – улыбнулась она. – Они пропитаны грустью – и ты, и я об этом знаем – однако они о многом нам могут рассказать.
С этими словами она подарила ему короткий поцелуй и, отвернувшись к океану, положила голову на его плечо. Улыбка озарила лицо, а в сознании витала лишь одна единственная мысль: ты – мой Оушен¹, мой океан, в котором я готова тонуть каждый день, растворяясь без остатка, до последнего вздоха…
– Вместе, – прошептала Лис, сжимая его тёплую руку.
– Навсегда, – ответил Кристофер и прижал её ещё крепче к себе.
¹ – имя Оушен является омофоном, то есть звуковой копией английского слова «ocean», что в переводе означает «океан»