— Вот мы это и проверим, — загадочно усмехнулся маркграф. — Если почтенный Ригор Загим скупит все наше старье, а Гарн Вельк не станет задавать вопросов — зачем магнату столько оружия, то я сильно разочаруюсь в этом мальчике.
Взгляд маркграфа потяжелел из него ушли все искорки веселья. В нем блеснула сталь и жёсткость, близкая к жестокости. Суман против воли принял четкую строевую стойку. Хотя ни в какой армии отродясь не служил.
— За годы нашей слабости, — голос Александра Ранка звучал тихо, но каждое слово било не хуже молота. Столько в них было силы и власти, — островитяне подзабыли, что в эти игры можно играть вдвоём. Что же, мы им об этом напомним!
Глава 8
Новый-старый приказ
Разглядывая выстроившееся под стенами западного форта Степного Стража войско, я испытывал противоречивые чувства. Дикая смесь из гордости и легкого стыда.
С одной стороны, все это мое! Доводилось мне командовать и куда большими силами. К концу войны, когда стал первым рыцарем я и вовсе по факту возглавил всю императорскую армию. Правда от той армии к тому времени остались даже не остатки, а ошметки. Иной корпус во времена расцвета Эдана был больше. Но ощущения всё равно не те. Там были люди императора. А здесь — мои люди. Собственные!
И моя власть над ними куда выше, чем власть императора. По крайней мере, пока мы в Вольной марке.
С другой стороны, такая разнообразная солянка из машин мне не встречалась даже к концу войны с древолюбами. «Черные драконы», «Красные», один «Зеленый», «Крабы» в двух своих ипостасях, озабоченной и обычной. Весьма схожие, как по внешнему виду, так и по почтенному возрасту «Бунтари» и «Бродяги». «Арбалетчики», «Лучники», «Молнии», «Протекторы» и много кто еще.
На неполный баллей у меня больше десяти различных модификаций паро-магических големов! Каждой твари если не по паре, то по единице. Со всех концов империи! Разных поколений! Можно музей паро-магических големов создать. С полной линейкой развития боевых машин!
Многие детали големов взаимозаменяемы для облегчения ремонта и снабжения. Разница больше в рунных цепочках. Многие, но далеко не все. Так что с этим самым ремонтом и снабжением, предвижу, будут большие проблемы.
Но когда в Вольной марке было иначе? Собственного производства нет, и всё приходится таскать из империи. Либо заниматься техническим каннибализмом, восстанавливая одних паро-магических големов, за счет других.
Собственно, в Степном Страже есть даже что-то вроде рынка каннибалов. Обычно на нем продают разбитые в хлам, машины. Ремонтировать которые бесполезно.
— Распускай их, — кивнул я Бахалу и наемник отдал в амулет необходимые приказы.
Половина оруженосцев и рыцарей двинулась в форт, остальные пошли в город.
— Еще парочка таких мятежей и у тебя будет приличная дружина, которой не стыдно помериться с другими фольхами, — отметил Бахал, когда импровизированный смотр закончился.
— Сплюнь, — поморщился я. — В этот раз нам сильно повезло. Но теперь фольхи будут более хитры и осторожны. На такую простую уловку они не попадутся.
— Придумаем новую, сложную, — небрежно отмахнулся он. После молниеносного и бескровного разгрома мятежа его вера в мою счастливую звезду взлетела к небесам. — Да и сил у нас прибавилось! Семнадцать оруженосцев, десять рыцарей, два мага, и почти полусотня сержантов и латников. Это если не вспоминать про городскую стражу и другие наемные отряды.
В чем-то он прав, присоединение «Яростных Когтей» и «Синих Змей» существенно пополнило ряды «Черных Фениксов», сделав их самым крупным отрядом Вольной марки. К тому же, среди людей решившего уйти на покой Ранора Авитра нашелся полноценный маг.
Ну, как маг — адепт. Ласс Пертр был седоусым, вредным стариком. Любителем выпить и поволочиться за юбками. Магом он был слабым, без шансов подняться хотя бы на ступень подмастерья. Человеком вредным и вздорным. Но два мага в отряде куда лучше, чем один. Да и опыт не пропьешь. Хотя ласс Пертр явно задался целью проделать что-то подобное. Даже на этом импровизированном смотре его покачивало с похмелья.
Да и с влившимися в наши ряды отрядами не всё гладко. Лояльность бывших «Синих Змей» под большим вопросом. После некоторых размышлений я решил не отсылать их на какое-то задание, а разбросать по разным копьям. Но это привело к тому, что пришлось раздробить сработанное копье рыцарей «Яростных Когтей». Что не могло не вызвать у последних легкого недовольства.
Гонять их еще, и гонять. Чтобы меньше думали и лучше взаимодействовали.
А еще нужно что-то делать с техниками. Их острая нехватка становится настоящей проблемой. И нормальный рунный кузнец нужен! Эрем не тянет. Вернее, ему просто не хватает времени, чтобы еще и ремонтом големов заниматься. Да и привлекать в качестве рунного кузнеца полноценного мага — так себе идея. Из разряда заколачивания гвоздей микроскопами.
Еще немного понаблюдав за своей небольшой армией, я вернулся к исследованию нового приобретения. А именно, форта, прикрывавшего Степного Стража с запада. Именно его я решил выбрать в качестве будущей резиденции маркграфа. Строиться в самом городе не вариант. Там просто нет необходимого мне места. А тут, за стенами, используя в качестве основы форт, можно неплохо развернуться. Да и разросшуюся личную дружину надо как-то устраивать. Не все же нам в снятых домах ютиться.
Ни мощью, ни статью форт не впечатлял. Орудия на стенах старые, сами стены тоже не вершина фортификации. Гарнизон городской стражи… если и моложе пушек, то ненамного. Но это все же лучше, чем обычный дом в городе. По крайней мере, безопаснее. Особенно если стража на стенах несёт службу, как должно.
— Смотри-ка, готов свое месячное жалование поставить, что это дирижабль! — внезапно сказал Бахал, указав пальцем в точку на горизонте. — Забьёмся?
Отвлекшись от исследования ствола очередной установленной на стенах пушки, я посмотрел в указанном направлении.
— Ищи дурака! Ты прав это точно дирижабль.
— Тирбоз или Железная марка? — задумчиво прикинул Бахал. — Ставлю на Тирбоз. Давай, поспорим хотя бы на десятку ктанов?
— В последние дни у тебя слишком хорошее настроение, — попенял я ему. — А значит — мало работы. Займись-ка инспекцией форта. У меня, как ты видишь, — кивнул я не дирижабль, — обнаружились новые дела.
— Вот так люди и становятся тиранами, — тяжело вздохнув, словно ему на плечи упал груз грехов целого мира, проворчал Бахал. — Был себе приличный человек, а потом титул получил, власть почуял — и давай всех угнетать!