Ему везло. Никаких опасностей не встречалось. Всё-таки Охотники совсем недавно подчищали близлежащие к пещере тоннели и новые твари еще не успели расплодиться.
До межевого камня он брел почти полдня. Долго. Приходилось делать вынужденные остановки.
Наконец, впереди, прямо посреди тоннеля показался толстый и широкий камень высотой по грудь старику.
— Дошел таки… — пробормотал Драмар, застыв шагах в двадцати от камня.
Каждый крупный тоннель заканчивался межевым камнем. За него заходить запрещалось всем без исключения. Напрасное предупреждение, учитывая, что желающих окончить свою жизнь в пасти дикого зверя не было, а стража следила, чтобы дети и такие старики как он не покидали пещеру.
Дорога и стены заросли мелкой растительностью, а в ней мелькали такие же мелкие безобидные насекомые. Никакой зримой опасности.
— Ну… Пошли…
Старик зашагал вперед. Двадцать шагов… Десять шагов…
С этого расстояния Драмар уже мог разглядеть выбитые на камне символы, смысла которых он не знал.
Сердце почему-то начало бешено колотиться.
Что со мной? Почему тело так потеет?
Старик вытер выступивший пот и шагнул.
И застыл, не в силах сделать больше ни шагу.
Страх. Дикий страх сковал его тело при попытке приблизиться к камню на расстояние девяти шагов.
Однако старика это не остановило. Он попытался сквозь страх, пот и головную боль сделать шаг.
И в этот раз его буквально сшибло с ног сильнейшей волной страха, от которой он закрыл глаза и затрясся, выронив посох и рухнув на пол. По голове будто били здоровенной палицей. Драмар обхватил голову и пополз обратно.
Боль и страх почти сразу утихли, стоило ему отползти на три шага назад.
Тут и стражи не надо, — мелькнуло в голове у Драмара, — И так пройти невозможно…
Вторая попытка подойти к камню закончилась так же, как и первая — неудачей. Едва расстояние между стариком и камнем сокращалось до девяти шагов, как на него накатывали волны страха, которые он не мог одолеть. Сердце начинало колотиться как бешеное, с тела тек ручьями пот, а голова начинала раскалываться от боли.
Когда он сидел, в голове всплыл межевой камень, вот только что именно с ним связано, какое воспоминание — Драмар не знал. Знал одно: тут он уже был. За этим камнем, а не перед ним.
Оставался главный вопрос — все ли камни вызывают такие волны страха, или может есть прореха? Может, есть камень-пустышка?
Почти две недели ушло на проверку дюжины камней. И все они работали, насылая волны страха. Камней-пустышек не было.
Именно на последнем камне Драмар вдруг решил — раз для страха нет реальных причин, значит он ненастоящий. А раз он ненастоящий, значит, можно попытаться обмануть тело, обмануть сознание и внушить себе, что страха не существует.
Он шагнул дальше. Девятый шаг.
Восьмой. Нога застыла, давление на старика уже было колоссальным. Каждое мгновение тело так и норовило против воли взять и со всей прыти рвануть обратно, подальше от этого проклятого камня.
Еще один шажок, — с трудом и кряхтя, убедил он себя. Страх продолжал накатывать. Пришлось даже схватиться за сердце — так больно оно закололо.
Следующие полшага оказались предельными для его тела.
Нога застыла, не в силах ни ступить вперед, ни вернуться назад. Тело словно спазмировалось одной огромной судорогой.
Пять секунд. Столько Драмар боролся со страхом и со своим телом, не обращая внимания на боль.
Тресь!