Гоблин Том 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 6

Окраины гоблинской пещеры.

Круг изгоев

Драмар устал. Не сегодня и не от того, что прошел половину пещеры, а потом отдубасил парочку наглых изгоев, нет, — он устал от жизни вообще. Сейчас он отдыхал, привалившись к камню, просто потому, что не дошел до своей норы на окраинах. Пришлось остановиться на полпути из-за тяжести в ногах. Хуже всего то, что и к этой боли он привык. Это была знакомая, родная боль. Драмар не мог вспомнить времени, когда бы его ноги не болели, — это будто бы продолжалось всю жизнь. Он передвигался через силу, через «не хочу» и «не могу».

Глядя на беззаботно ползающую и кувыркающуюся малышню, он пытался вспомнить свое детство. Бесполезно. Не мог он вспомнить никакого детства. Он помнил себя только вечно старым, с болящими ногами и руками, а также с периодически накатывающей слабостью по всему телу. Ни детства, ни молодости, — ни-че-го. Он помнил себя уже только старым. То, что у него проблемы с памятью, Драмар осознал уже давно — но ничего с ними поделать не мог. Просто принял как неизбежное, что иногда из его памяти вываливается день-другой, а иногда и целая неделя.

Драмар кинул взгляд вокруг: везде были разбросаны норы изгоев, выдолбленные в камне — там жила большая их часть, а остальные… Остальные валялись на поверхности, устраиваясь среди камней, тряпья, какого-то мусора и костей. В общем, каждый жил как ему было удобно. Возле многих нор ползала малышня, совсем еще карапузы не умеющие даже разговаривать. И смертность среди этой малышни изгоев была высокая, в разы выше чем в других кругах. Всё-таки изгои особо не приглядывали за детьми: многие рождались калеками, умиравшими в первые годы, другие становились таковыми в результате несчастных случаев, а самых здоровых отбирали на Испытание. Впрочем, помогал он лишь дюжине детей, опекая их, на большее его сил не хватало.

Драмар привычно погладил посох-клешню. Пальцы рефлекторно начали перебирать насечки одну за другой, погружая в медитативное состояние, в котором он мог просиживать днями без еды и воды. Несколько следующих минут он напряженно всматривался в себя, в свои воспоминания — кто он? Откуда? И почему он такой старый и живой? В памяти были последние лет двадцать-тридцать, но как отличить один день от другого, когда они одинаковы? Когда нет событий, за которые память точно уцепится?

Рука сжала посох.

А насечки? Точно, я же не просто так их выцарапывал… — подумал Драмар.

Время от времени его руки, словно ведомые неким инстинктом, выцарапывали очередную глубокую насечку на длинном посохе. И случалось это… примерно раз в год. Его тело обладало собственным отсчетом времени.

— Хм… — пробормотал Драмар, осматривая посох со всех сторон. Значение насечек было понятно, — это прожитые годы. Одна насечка равна одному году, — Ну и сколько вас тут, посчитаю что-ли…

Что-что, а считать он, в отличие от подавляющего большинства гоблинов, умел хорошо.

— Десять… Двадцать… Тридцать… Сорок…

Для облегчения счета, он на каждом посчитанном десятке загибал палец.

Пятьдесят… Шестьдесят… Семьдесят… Восемьдесят…

Драмар всё считал и считал.

Через десять минут свободные пальцы на руках и ногах закончились.

— Двести… Теперь по новой.

Через пять минут счета пошла третья сотня. Насечек было много, они испещряли посох по всей длине мелко-мелко, почти вплотную друг к другу. Еще десять минут Драмар считал, с каждым счетом холодея всё больше и больше от осознания абсурдности и невозможности ситуации, потому что на посохе было уже пять сотен насечек.

— Пять сотен… — произнес вслух старик, застыв в неподвижности.

Он знал, что гоблины столько не живут. Сорок лет — много для обычного гоблина, для Охотника срок вдвое больше.

Сколько же всего я забыл и сколько не вспомню… — подумал Драмар.

Глядя на возящуюся в пыли малышню он вновь попытался вспомнить свое детство. Почти час Драмар сидел, насупив брови, глубоко погрузившись в себя.

— Мда… — протянул он вставая.

Ничего он за это время не вспомнил. Значит, нужно было действовать как-то иначе. Обратиться к памяти тела и выйти за пределы пещеры. А желательно дойти до межевых камней, обозначающих выход в открытое Подземье.

Драмар двинулся прочь с окраин. Путь предстоял долгий, так что придется изрядно поднапрячь свои старые ходули. Он так громко и устало вздохнул, что несколько изгоев, лежащих на полу, вскинули головы.

Обойти стражу оказалось непросто, пускать в дальние проходы дряхлого старика она не собиралась. Так что Драмар просто нашел место, где стража была менее бдительна и с азартом играла в кости, распивая на троих какое-то ободряющее дух зелье.

Собравшись с силами, одним рывком Драмар сумел незаметно прошмыгнуть. После чего шумно выдохнул. Этот небольшой рывок отнял силы.

Отдалившись от входа на сотню-другую шагов, он уже спокойно начал опираться на посох, не боясь, что его услышат.

Вот теперь начиналось самое тяжелое. Путь до границ племени.