Ее зад дрожал, упруго подпрыгивал и покачивался.
Я громко застонал, обхватил член, провел рукой от головки вниз по всей толщине ствола, сжав крепче.
Мне было уже плевать, сколько я продержусь. Мне просто нужно было войти в нее.
Не было больше логики, не было больше способности по-настоящему мыслить.
Я просто пошел к ней, слишком соблазненный, полностью захваченный этим притяжением, которое тянуло изнутри, до самого ядра.
А что еще я мог сделать?
Я забрался на кровать и приблизился к ней.
Воздух между нами трещал от напряжения, насыщенного чистым, плотским желанием.
Оказавшись рядом, я даже не посмел коснуться этой задницы, потому что знал, что стоит мне дотронуться до этих упругих полушарий, я тут же кончу.
Соберись. Мы можем довести ее до оргазма первой. Должен же быть способ.
Я осторожно приложил пальцы к основанию ее спины.
Она слегка вздрогнула от прикосновения, и с ее губ сорвался тихий, томный вздох.
Вот так.
Мозг судорожно искал хоть что-то, что помогло бы мне удержать контроль, в котором я отчаянно нуждался.
Она снова начала трясти задницей.
Я застонал:
– Прекрати.
Хихикнув, она оглянулась через плечо:
– Ты что, не хочешь выебать эту киску?
Если она и дальше будет так говорить, я и десяти секунд не продержусь.
И тут, будто шепотом из прошлого, в голове всплыли учения Сунь-цзы. Его «Искусство войны» не раз выводило меня из самых жестоких сражений и испытаний.
Сможет ли он помочь мне и сейчас?
Возможно, да.
На войне важна была стратегия: тщательное планирование, предугадывание шагов противника, расставленные ловушки и, в итоге, победа за счет ума.
Но в этом случае Моник не была моим врагом. Она была моей Хозяйкой Горы. И все же, кое-что из учений Сунь-цзы вполне можно было применить.
Знай местность, на которой будет проходить битва.
Я снова провел взглядом по ее совершенному телу.
Я знал каждый дюйм, где талия переходит в округлость бедер, как ее спина плавно изгибается вниз, а затем поднимается к величественной заднице.
Я тоже знал, что ей нравится: ей нравилось, когда мой дразнящий язык касался ее киски; она расцветала под моим собственническим взглядом и определенно любила, когда я был напорист со своим членом, не сильным, но твердым.
Я вспомнил еще одну истину из учений Сунь-цзы.