Оба выглядели так, будто за праздник успели влить в себя куда больше пары бутылок пива, щеки у обоих слегка порозовели, а в глазах стояла смесь надежды и неуверенности.
Шеф Фу стоял прямо, с руками за спиной, но я видел, как у него дергались пальцы от нервов.
Бэнкс теперь слегка подпрыгивал на носках.
Дима мельком взглянул на листок в руке.
– Победителем сегодняшнего соревнования по грилю, по единогласному решению...
О. Значит, все выбрали одного и того же. Очень любопытно.
Сердце глухо ударилось в груди, и я невольно усмехнулся про себя, осознавая, насколько сильно втянулся во все это.
– Бэнкс!
Толпа взорвалась ликующими криками и аплодисментами.
Джо вскочила и начала хлопать:
– Это мой двоюродный брат!!!
На сцене Бэнкс вскинул руки вверх, празднуя победу, а лицо у него буквально сияло от настоящей, чистой радости.
Он повернулся к Шефу Фу, который, надо отдать должное, улыбнулся с достоинством и слегка наклонил голову в знак уважения.
Бэнкс улыбнулся во весь рот и обнял Шефа Фу, и оба засмеялись вместе.
Я, хлопая в ладони, встал вместе с Джо, и остальные судьи тоже поднялись со своих мест.
Дима махнул нам рукой, давая знак утихомириться.
Многие действительно сбавили шум, но остались стоять.
Дима заговорил громче, перекрывая остатки гомона:
– Несмотря на то, что нам безумно понравились блюда Шефа Фу, давайте сразу скажем честно, они были просто фантастическими!
Кто-то выкрикнул из толпы:
– Шеф Фу!
Дима кивнул:
– Да. Все верно. Но я хотел добавить, что блюда Бэнкса стали настоящим, без всяких оговорок, теплым праздником афроамериканской культуры. Большая Мамочка сегодня была бы горда.
Один из моих людей вручил Бэнксу огромный трофей.
Другой передал Шефу Фу трофей поменьше.
Марсело, который тоже стоял и хлопал вместе с остальными, крикнул:
– Речь! Речь!
Джо покачала головой:
– Ну, не знаю, стоит ли. Бэнкс еще начнет танцевать опять.
Моник толкнула ее локтем: