– Но сейчас нам стоит сосредоточиться. Мой сын скоро придет, и тогда мне действительно придется вести себя прилично.
Я посмотрела на огромную коробку, задаваясь вопросом, что может быть внутри… или, точнее, что безумного может из нее появиться. Может быть, это какая-то семейная реликвия, передаваемая из поколения в поколение? Или, возможно, это символический дар в честь чайной церемонии? А может… нечто пугающее?
Там могло быть что угодно, но я старалась думать о хорошем, когда потянулась за бантом. Синяя лента легко соскользнула с коробки.
И вот в этот момент я заметила, что Сонг так и не подошел к столу вместе с ним. Он остановился в нескольких шагах позади.
Ла-адно… Сонг ведет себя странно… и это вряд ли к добру.
Тем временем второй мужчина открыл свой кейс, положил его на стол и начал доставать оттуда кипу бумаг и ручек.
А он что, юрист? Что вообще здесь происходит?
Я замерла на секунду, а затем осторожно приподняла крышку с коробки.
Как только я это сделала, мне в нос ударил металлический запах крови. Этот запах сразу напомнил мне тот день, когда мы с Лэем вошли в номер отеля, залитый кровью, и наткнулись на сцену пытки. Ту самую сцену, которую организовали Лео и Сонг.
О, нет. Только не сегодня.
У меня скрутило живот.
Волна ужаса захлестнула меня, и я торопливо вернула крышку на место, даже не удосужившись заглянуть внутрь, чтобы узнать, что там.
Мои руки дрожали.
– Лео… – прошептала я, дрожащим голосом, отступая на шаг. – Серьезно. Что там внутри?
Улыбка на его лице никуда не исчезла, но в глазах промелькнула тень.
– Открой, Моник.
Отвратительный запах по-прежнему висел в воздухе, делая каждый вдох мучительно тяжелым. Аромата чая больше не чувствовалось, его сменила мгновенная, плотная, все заполняющая вонь смерти.
Я сглотнула.
– Без обид, но… пахнет так, будто там кто-то сдох.
– Это не имеет значения.
– А мне кажется, что имеет…
Он по-прежнему говорил спокойно, но в его голосе чувствовалась твердость.
– Открой. Ты должна увидеть свой подарок.
– Но…
– Я бы мог тебе все рассказать, но, поверь, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
Сердце бешено заколотилось.
– Моник, – произнес Лео и потянулся через стол, положив ладонь на крышку подарка. – Я хочу, чтобы ты знала, как много ты для меня значишь. Ты – моя дочь. И этот подарок… он не обычный. Это символ. Символ моей веры в тебя. Знака того, какое место ты занимаешь в моей жизни. Я передаю тебе все: свое доверие и свою кровь.
– Лео… это слишком серьезно.
– Да, это действительно серьезно, – тихо сказал он и убрал руку. – Открывай.
Я с трудом сглотнула, переводя взгляд с Лео на коробку. Воздух в комнате стал вязким, словно натянутая струна.