Огнестрельное ранение бедра. Нарушение подвижности конечности.
Перевел ствол на второго, дважды спустил курок.
Огнестрельное ранение плеча. Нарушение подвижности конечности.
Огнестрельное ранение бедра. Нарушение подвижности конечности.
Еще один упал, а остальные прыснули в разные стороны, прячась за машинами. Тот, в которого я попал первым, сунул руку в кобуру, вытащил пистолет, и я, недолго думая, отстрелил ему кисть. А потом пошел прямо к ним.
Послышался выстрел, и первая пуля ударила меня в грудь. Этих учили стрелять именно туда, чтобы было меньше шансов случайно отправить кого-то в переработку. Я, не обратив внимания на выстрел, сорвался с места.
И заревел, что было сил. Выглядел я в принципе достаточно устрашающе, а вкупе с громким рыком, должен был вызвать у полицейских, которые привыкли к спокойной службе, шок.
Подскочив к ближайшей машине, я выстрелил в переднее колесо. Хлопнуло, и тачка резко опустилась, что дало мне возможность подняться на капот. Мы с легавым, который сидел за машиной, встретились взглядами, он отшатнулся, а я, недолго думая, пнул его в лицо. Не изо всех сил, не так, чтобы убить.
Парень рухнул на землю, а я спрыгнул рядом и добавил ему еще раз.
Сотрясение мозга. Потеря сознания.
Резко развернулся, получив еще один толчок в грудь, выстрелил в плечо второму, и он упал, не удержавшись на ногах. Остальные не выдержали.
Все-таки они не были профессиональными военными, не могли гасить страх на физиологическом уровне, как мы. Да и в целом, существует такая вещь, как психологический предел. И потеряв четверых из шести, оставшиеся двое ломанулись в разные стороны.
Развернувшись, я выстрелил в бедро одному из них, и он завалился вперед, даже не успев подставить руки. Второй успел скрыться за машиной, и я решил, что нет смысла обращать на него внимания. Взбежав по высокому крыльцу, вошел в дверь и оказался в помещении.
Обычное знание, обстановка знакомая, в такой оказываешься, когда тебе приходится получать какую-нибудь справку, которую нельзя заказать на госуслугах, дистанционно. Все очень дешево, мебель самая простая, пусть и сделана специально, типовая, короче.
А вот то, что выбивалось из нормы — это запах. Здесь воняло кровью, причем, очень сильно. Тяжелый, такой, что от него сам собой появляется солоноватый привкус на языке. Я был привычен к нему.
А еще тут валялись трупы. Их было много: мужчины и женщины в простых костюмах офисных работников. Из тех, что работали свою работу и старались ничем не выделяться. Не знаю, делали ли они свое дело нормально или подворовывали помаленьку, но такой участи они определенно не заслужили.
А еще гильзы. Стреляные гильзы повсюду. Часть — автоматные, часть — пистолетные, но, думаю, что палили тут все-таки из автоматического оружия.
Посреди помещения лежали двое охранников, оба буквально нашпигованные свинцом, я насчитал у первого около десятка пулевых ранений, будто его буквально нанизали на короткую очередь. Возле одного из них лежал тазер, у второго был пистолет. Похоже, что они выполняли свой долг, и их за это убили.
Кто бы сюда не вломился бы, они были кончеными ублюдками. Я понимаю: войти, положить всех лицами в пол, и пока кто-то контролирует толпу, спуститься вниз и сделать свое дело. Однако нет, они предпочли устроить резню.
Хакер был на связи, и пусть голосовой контакт мы не поддерживали, он выгрузил на мою тактическую карту план здания, явно стянутый с какого-нибудь архива. Он же проложил кратчайший маршрут до нужного места, и пусть далеко не факт, что у меня удастся пройти по нему без проблем, это все, что он мог сделать. Доступа к камерам, чтобы оценить обстановку у него не было.
Тут уже торопиться было нельзя, чтобы не нарваться на случайную пулю, поэтому я двинулся вперед, держа автомат наизготовку. Переступил через один труп, другой, наступая в лужи разлившейся по полу крови. Маршрут вел меня на следующий этаж, и для этого нужно было добраться до лестницы.
Я двинулся к ней, встал у дверного проема, высунулся. С виду никого не было. Прислушался: тоже тишина. Медленно вышел на нее, стал подниматься наверх. Когда добрался до поворота, увидел, что оставляю на полу кровавые следы. Впрочем, эти следы — ерунда по сравнению с теми, которые оставили наемники.
Эти люди погибли из-за того, что кому-то вздумалось поиграть в Бога, захватить еще немного больше власти, заработать денег. Они не были замешаны в этом.
Я постараюсь найти и убить каждого, кто в этом замешан. Вот они-то другой участи как раз не заслуживают.
Кто-то там говорил, что когда ты убиваешь убийцу, то убийц меньше не становится. Именно поэтому я отправлю в переработку их всех.
Маршрут вел дальше по лестнице. Я добрался до второго этажа, снова встал у дверного проема, выглянул. Чисто. Пора дальше.
Поднялся на третий. Серверная находилась тут, в дальнем краю здания. Наверняка ее расположили там, чтобы можно было поставить несколько мощных кондиционеров, сэкономив таким образом на охлаждении. Электричество благодаря атомных станциям, которых в России, как грибов после дождя, дешевое. А вот системы охлаждения — нет.
Теперь мне предстояло пройти через весь этаж. Я двинулся вперед по коридору, заглядывая в каждую дверь. И находил почти в каждом из кабинетов трупы. Много, очень много. Подозреваю, что налетчики методично зачищали здание. А, значит, они и заслон должны были оставить, вряд ли эти уроды все набились в серверную.
Заглянув в пятый из кабинетов, я наткнулся на взгляд мокрых от слез глаз. Это была девушка в белой блузке и черной юбке, и она высунулась из-за своего офисного стола. Возможно, успела спрятаться за ним, и именно это ее и спасло. Увидев меня, она дернулась.
Я кивнул ей и приложил к губам палец. Если будет сидеть тихо, то, возможно, выживет. Когда сюда войдут полицейские, то по гражданским они стрелять не будут.