S-T-I-K-S Молчание: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 6. Волонтёр

Подъем дался тяжелее, чем я рассчитывал. Ноги скользили по влажной траве, а легкие, привыкшие к чистому речному воздуху, с каждым метром все отчетливее ощущали едкий привкус гари. Чем ближе я подходил к границе застройки, тем гуще становился этот смрад.

Когда я выбрался на улицу, ориентиры искать не пришлось. Мой бывший дом, моя крепость, которую я с такой любовью укреплял в прошлом месяце, превратился в гигантский факел. Огонь уже сожрал крышу и теперь жадно доедал второй этаж, выплевывая в черное небо снопы искр.

Я остановился в тени соседского гаража, крепче сжимая монтировку. Вдруг в проеме того, что раньше было входной дверью, мелькнуло движение. Я прищурился, стараясь разглядеть хоть что-то сквозь пелену дыма и огня. Сначала мне показалось, что это собака, но потом фигура дернулась и поползла вперед, царапая асфальт.

Блондинка. Та самая "жена".

Выглядела она паршиво. Халат превратился в грязные, местами тлеющие лохмотья, прилипшие к телу. Светлые волосы с одной стороны выгорели до черепа, кожа на лице и руках представляла собой красно-черную маску из волдырей и копоти. Она ползла молча, упорно, словно механическая кукла, у которой заканчивается завод. За ней тянулся кровавый след.

В проеме двери, окутанный пламенем, появился силуэт. Мужской. Он стоял, покачиваясь, и даже отсюда, метров с двадцати, я видел, что с ним что-то не так. Его движения были дергаными, неестественными, словно у марионетки с перепутанными нитями. Он не пытался выйти, не пытался спастись от огня. Он просто стоял и смотрел на уползающую добычу.

— Уррр… — низкий, вибрирующий звук прорезал треск пожара.

Мой двойник. Он не кашлял от дыма, не кричал от боли, хотя на нем уже горела рубашка. Он обратился. И судя по отсутствию разума в глазах — человеческого в нем не осталось ни капли.

Я смотрел на него с холодным отвращением. Это просто кусок агрессивного мяса, опасный, но бесполезный. Убивать его нет смысла — потратишь силы, а внутри пусто.

Он сделал неуверенный шаг вперед, наступая на горящую балку. Обычный медляк, еще даже не бегун. Видимо, иммунитетом я в этом мире не обладал. И тут перекрытия над ним с грохотом обвалились, погребая его под огненным завалом.

— Земля стекловатой, — прошептал я.

Проблема решилась сама собой. Двойник мертв, и даже хоронить не надо.

Я перевел взгляд на девушку. Она отползла от крыльца метра на три и затихла, уткнувшись лицом в асфальт. Надо было уходить. Здесь ловить больше нечего, а свет от пожара привлекает внимание. Скоро сюда подтянутся твари посерьезнее моего сгоревшего "я".

Я сделал шаг назад, собираясь раствориться в темноте. Она труп. Даже если выживет после ожогов, споровое голодание добъёт её за пару дней. Но что-то меня остановило. Не жалость, нет. Жалость в Стиксе — это атавизм, от которого умирают. Скорее, это было нежелание оставаться одному с молчаливым зомби. Человеческая речь, пусть даже женская и стонущая, вдруг показалась мне необходимой. К тому же, если она выживет… лишние руки не помешают. А если нет — у меня будет свежая приманка.

— Идиот, — прошипел я себе под нос, сплевывая на асфальт. — Вечно ты ищешь себе проблемы.

В два прыжка я оказался рядом с ней. От тела шел жар, как от печки. Я перевернул её на спину. Глаза были закрыты, дыхание поверхностное, со свистом. Живая. Иммунная или нет — пока не ясно, но раз до сих пор не обратилась и не пытается меня укусить, шанс есть. Заражение развивается быстро, но не мгновенно.

Я сунул монтировку за пояс, подхватил её под спину и колени, стараясь не касаться самых обожженных мест. Легкая. — Ну поехали, горелая, — прохрипел я, поднимая ношу.

Обратный путь к реке превратился в испытание на выносливость. Мой организм, усиленный живчиком и споранами, справлялся, но груз оттягивал руки, а необходимость двигаться тихо замедляла темп. Я шел не разбирая дороги, напрямик через кусты, лишь бы быстрее оказаться в спасительной темноте низины.

Пару раз мне казалось, что за спиной слышится топот. Может, бегун, а может, разыгравшееся воображение. Проверять я не стал.

Теперь передо мной стояла сложная задача. Спуститься вниз вместе с ношей. Не привязывать же её израненное тело, так и добить не долго. Решение пришло само собой. Я вытянул переднее сиденье из машины, разложил его как носился, уложил девушку и осторожно обвязал ремнем безопасности. Медленно, очень аккуратно начал спускать её вниз. Руки горели от напряжения, на ладонях появились волдыри, но я упорно продолжал опускать её горелое тело на песок. Спустя где-то минут пятнадцать напряженной работы дело было сделано. Еще через несколько минут я оказался рядом с ней и свалился на колени. Руки дрожали. Мой цепной зомби заволновался, почуяв запах горелого мяса и свежей крови. Он натянул веревку, хрипло урча и пытаясь подобраться к нам.

— Цыц! — шикнул я на него, добавляя ментальный подзатыльник. Тварь скуля отползла к дереву.

Я склонился над девушкой. Ожоги выглядели скверно. — Живчик, — пробормотал я. — Универсальное средство от всего, кроме глупости.

Я достал флягу. Заливать ей в рот нельзя — захлебнется. Смочив край тряпки драгоценной жидкостью, я осторожно протер ей губы и десны. Спирт и спораны должны сделать свое дело. Иммунные регенерируют быстро, если есть топливо. Главное, чтобы она оказалась иммунной. Иначе к утру у меня будет второй зомби на привязи.

— Давай, дыши, — сказал я, приваливаясь спиной к стене обрыва и закрывая глаза. — Завтра решим, что с тобой делать.

Утро в Улье не начинается с кофе. Оно начинается с сушняка и ревизии остатков былой роскоши.

Я открыл глаза, прислушиваясь к ощущениям. Голова гудела — плата за вчерашнее управление цепным псом и стресс. Во фляге плескалось на донышке, плюс в кармане лежали три спорана, спасенные из прошлой жизни. Жить можно, но недолго. Особенно теперь, когда у меня на шее висит обуза с ожогами.

Моя "пациентка" была жива, что уже удивляло. Дыхание хриплое, кожа пылает. Если не сбить температуру и не обезболить, она откинется к вечеру. А мне почему-то не хотелось, чтобы мои вчерашние усилия по её спуску пропали даром.

— Охраняй, — бросил я своему зомби. Тот, обожравшийся и ленивый, лишь вяло уркнул, перебирая когтями обглоданную кость.

Я взял рюкзак, монтировку, нож и пустую бутылку. Подъем наверх дался с мышечной болью, но терпимо.