Резко подскакиваю, начинаю кричать.
- Ты вообще... - дыхание перехватывает, слова застревают в горле, потому что в дверях мой маленький, помятой красной куртке, которую я сама застегивала утром. Лицо бледное, глаза огромные, испуганные, с мокрыми ресницами.
- Мама?
Мир переворачивается с ног на голову.
Бросаюсь к нему и падаю перед ним на колени, сгребаю в охапку, прижимаю к себе так сильно, что он кряхтит, но мне все равно, я должна почувствовать его тепло, его запах, его сердцебиение, чтобы убедиться, что это не сон.
- Сашенька... Солнышко... - голос срывается, слезы душат, текут ручьем, но я даже не пытаюсь их сдержать. - Где ты был? Что он с тобой сделал?
Он цепляется руками за меня в ответ, его пальцы впиваются в мою кофту, будто он боится, что я исчезну.
- Папа сказал... Это игра. Что мы едем к дяде в гости. Но я хотел домой, а он... Он кричал на меня, когда я плакал...
Я глажу сына, успокаиваю как могу, пока он не затихает в моих руках, и только когда всхлипы сына исчезают, поднимаю голову.
Раевский стоит и смотрит на нас, руки в карманах, лицо каменное, но я вижу в его глазах удовлетворение от того, что видит.
Он молчит. Просто смотрит. И нам не нужны слова, чтобы понять друг друга.
Я киваю ему в знак благодарности.
Он кивает в ответ.
Глава 38
Глава 38
Марго
Не могу поверить, что уже прошло полгода.
Эти месяцы перевернули нашу жизнь с ног на голову.
Я иду по парку, вдыхая полной грудью смесь ароматов свежескошенной травы и нагретого солнцем асфальта. Весна в самом разгаре, воздух густой, сладковатый от цветущих лип, рядом слышны радостные крики детей, беззаботный смех, веселая музыка из каруселей.
Саша бежит впереди, давно забывший кошмар с отцом, да и не вспоминает он о нем вообще.
- Мам, смотри скорее! - он резко оборачивается, размахивая рукой, и я ловлю его сияющую, беззаботную улыбку, от которой становится тепло внутри. - Там катают на пони! Можно, пожалуйста?
- Конечно, можно, солнышко, - киваю, уже доставая из сумки кошелек.
Он тут же срывается с места, как ураган, мчась к площадке, где стоят ухоженные пони в ярких разноцветных попонах. Я неспешно иду следом, чувствуя, как теплый ветерок играет с моими распущенными волосами, развевая их по плечам.
Полгода.
Суд. Раздел имущества. Официальные бумаги с сухими печатями, которые наконец-то раз и навсегда отрезали Игоря от нашей жизни. И... Он.
- Поздравляю, - знакомый низкий голос за спиной заставляет меня замереть на месте и медленно обернуться. Раевский стоит в двух шагах, на нем темные джинсы и просторная белая рубашка с расстегнутым воротом, открывающим смуглую кожу. В его крупных, сильных руках подарочный пакет в нежной голубой упаковке.
- С днем рождения, Марго.
Я замираю, чувствуя, как учащается пульс... Я понимала, что поздравит, но не думала, что здесь и сейчас.
- Спасибо, - тихо благодарю, принимая подарок. Пальцы слегка дрожат, когда я осторожно ощупываю упаковку - внутри что-то мягкое, но я не решаюсь распаковывать его сейчас.
Он смотрит на меня своим проницательным взглядом, и в его обычно холодных глазах я вижу то, что он не всегда показывает миру, нежность, любовь, желание о ком-то заботится.