- Да, он... Особенный. Никогда не считает деньги, когда дело касается моих желаний, - на этих словах ее голос звучит сладко, с нотками торжества, и каждая фраза будто вонзается мне под ребра острым лезвием.
Я делаю глоток сока, чтобы промочить внезапно пересохшее горло, но он не приносит облегчения, ком в горле только увеличивается.
- И за все эти полтора года... - начинаю я, стараясь, чтобы вопрос прозвучал просто любопытством, но внутри все сжимается от напряжения. – Ты ни разу не хотела нас познакомить?
Она резко отводит взгляд к последним всполохам заката, небо теперь стало пурпурным, с кровавыми прожилками облаков.
- Он... Не свободен. Женат. Причем его жену ты знаешь, - короткая пауза, наполненная звенящей тишиной. - Я просто не хотела ставить тебя в неловкое положение. Вам же еще придется общаться... А мы на твоем дне рождения как раз первый раз… ну, сама понимаешь, случайно, спонтанно начали с главного, поняли в важном вопросе совпадаем идеально, ну и вот, - она пожимает плечами, а меня выворачивает наизнанку.
На моем дне рождения, все случилось тогда. Он не стал даже ждать другого дня? Вот просто где он ее взял и сделал своей? В туалете?
Нет, я не хочу сейчас об этом думать.
- Скажи честно, - внезапно срывается с губ, - тебя совсем не смущает твой... Статус? - намеренно делаю паузу перед последним словом, давая ему повиснуть в воздухе. – Не смущает, что ты делишь его с другой женщиной, что об этом подумают другие люди, если все узнается? Я бы точно не смогла.
Ольга фыркает, и кажется я знаю, что она сейчас скажет. Заведет явно свою фирменную песню.
- Ой, ну что ты как маленькая! Какая разница, кто там что думает? Я никогда не гналась за штампом в паспорте. А так у меня полная свобода, никаких обязательств, и есть все плюсы, которых никогда не было, нет, и никогда не будет у жен: дорогие подарки, путешествия, адреналин...
Она томно потягивается, как кошка на солнце, довольная собой.
- Запретный плод, знаешь ли, гораздо слаще банального брака.
- Врешь, - вырывается у меня. Она замирает, брови ползут вверх, а в глазах мелькает что-то похожее на испуг, но быстро исчезает, заменяясь привычной самоуверенностью.
- Прости?
- Ты врешь, - повторяю я уже спокойнее, но в голосе теперь слышится сталь. – Года два назад, помнишь, мы сидели в том милом кафе на Петровке? Ты тогда полчаса рассказывала, как мечтаешь о пышной свадьбе. О белом платье, о лепестках роз над головой, о том, как будешь выбирать обручальные кольца...
Ольга на секунду теряет дар речи, ее пальцы судорожно сжимают стакан, костяшки белеют от напряжения.
- Боже, ну что ты докапываешь? - наконец выдыхает она, делая пренебрежительный жест рукой, но в ее глазах читается раздражение. - Это была просто временная слабость. Тогда у меня полгода не было ни одного стоящего мужчины, вот и дурью маялась.
Ну да, докопалась. Докопалась, потому что хочу знать, как именно мне мстить.
И сейчас глядя на ее профиль в отблесках последних лучей солнца, я понимаю, что отомщу по полной.
Они навсегда запомнят мое имя.
И я оторвусь по полной.
Как героиня у классика.
Ведь не зря я тоже Маргарита.
Держитесь голубки, я сажусь на метлу.
Глава 2
Глава 2
Марго
Двигатель рычит, как разъяренный зверь, когда я давлю на газ. Мои пальцы впиваются в кожаную оплетку руля. В горле стоит ком, горячий, колючий, будто я проглотила ежика. Улицы за окном плывут, как в лихорадочном бреду, фары встречных машин заставляют жмурится.