Перед Жеребцово они сошли с путей — Тема намеренно не хотел заходить в населенные пункты. Мало ли, что этот суперсолдат может там устроить.
Жеребцово — поселение крупное, средняя орбиталь. И Скаем там могут заинтересоваться люди более серьезные чем командующий дальним гарнизоном.
— Срежем через лес, — сказал он. — Выйдем к ветке на ТЭЦ и заночуем на кирпичном заводе. Там стоянка собирателей обустроена.
Чтобы идти было легче — двинули по просеке, оставшейся от довоенной силовой линии. Она поросла бурьяном, но идти через нее было куда легче, чем ломиться в чащу.
Проводов давно не осталось, а вот старые фермы опор стояли — заржавели, обросли мхом и какими-то ползучими растениями.
Тема здесь вышел вперед — заметить их среди деревьев было сложнее, а вот отыскать путь мог только он. Позади него шел Юрий, и он пер как танк, даже дыхание не участилось. Еще умудрялся оставаться почти беззвучным — никакая веточка под его ногами не хрустела. А вот Миша пыхал позади, шумел, цеплялся за ветки своей двустволкой и то и дело чертыхался.
К ветке вышли уже на закате. Лес стал куда реже и моложе — они вышли в довоенные небольшие поля. То тут, то там попадались вросшие в землю остовы тракторов и комбайнов. Ветка шла через бывшие поля с востока на запад, в одну колею, а сразу за ней стояло широкое и низкое здание кирпичного заводика. Рыжие штабеля кирпичей поросли травой, окна были выбиты, старый кран — опрокинут, стрела плотно ушла в землю.
Внутри все продувалось, но одно помещение удалось отгородить и приспособить под безопасное спальное место с печкой, на которой можно что-то приготовить и даже с водопроводом — вода была из подземного источника, не очень чистая и радиоактивная, но для кипячения сгодится.
Кровати были сбиты из грубых досок, но зато на них лежали вполне приличные матрасы — поспать на таком после палаток и спальных мешков — счастье.
А еще тут было электричество от небольших солнечных панелей на крыше. Поэтому не нужно было разводить костер, чтобы пообедать горячим. Кроме того — здесь было радио. Работающее только на прием, но в любом случае важная для собирателей штука — на определенной частоте шла постоянная сводка о погоде в разных местах, о последних новостях от собирателей в округе — все это собирала диспетчерская в Атоме и вещала на выделенную волну.
— Ну что, послушаем Пятно? — спросил Тема, подходя к приемнику с кружкой заваренных трав.
— Что? — спросил Юрий.
— Нахрен оно надо? — уточнил Миша.
— Традиция, если хотите, — ответил Тема. — Завтра мы с вами кусочек Новосибирска увидим, так чего бы не послушать что нового.
— Погоди-погоди, — не унимался Скай, — кто-то вещает из Пятна? Изнутри города?
Проще один раз показать, чем пытаться объяснить. Артемий включил радио — оно взорвалось помехами. Стал крутить ручку до нужной частоты. И вот она. Станция Нового Храма.
— …в день шестьдесят девятый Пришедшим было сделано иное дело — взято было три мужчины и три женщины из поколения сибирского и выяснено, что все они — потомки Полного Списка, — приемник похрипывал, но голос диктора был отлично различим. — Тогда Пришедший объявил их своими апостолами и назначил каждому дело — размножаться и выживать всеми силами, чтобы сила Списка могла воспроизводиться…
— Какая-то религиозная пропаганда, — пробормотал Юрий. — Причем тут Пятно?
— Считается, что трансляция ведется оттуда, — пожал плечами Тема, — более того, утверждается, что удалось запеленговать точное место.
— И?
— Вещание идет из здания Оперного театра. Ну, из того места где оно может быть еще есть.
— То есть из самого сердца Пятна? Куда, по твоим рассказам, били ракеты одна за одной…
— Ага.
— Как это возможно?
— Да никак, — ответил Тема, — наверняка чья-то дурацкая шутка. Но люди в это верят. Видишь ли, эта пропаганда, как ты сказал, довольно убедительна. Люди верят, что в центре Пятна есть Новый Храм, что там живет Пришедший, и он ждет верных, чтобы они вместе могли вознестись. И буквально призывает всех идти в Пятно.
— И люди идут?
— Идут, — вздохнул Тема, — и дохнут, конечно. Во всяком случае, никто не вернулся, из тех, что ушли глубоко. Те, кто вернулся — далеко не заходили, а возвращались, потому что кровью блевать начинали. Помочь им уже нельзя, как правило, — Тема помолчал, но все же добавил главное. — У меня так родители умерли.
— Соболезную.
— Это давно было, — отмахнулся Артемий, — но люди продолжают уходить иногда.
Юрий задумался.