— У меня есть для тебя свадебный подарок, дорогая женушка.
Петля и мыло?
— Не могу даже предположить? Наручники или ошейник. А может пробка в задницу с бриллиантом?
Давил скалится, отчего мне хочется только сильнее его ударить. Так сильно, что я вцепляюсь в подол своего платья, смотрю на него со всей возможной ненавистью. Надо, конечно, делать вид, что я влюблена, но мне очень сложно. Не получается сделать взгляд влюбленным, а на лицо приклеить улыбку. Да, и наверное, после всего, что он со мной сделал — это будет фальшь, в которую Кулагин не поверит.
Кулагин… Теперь и я ношу его фамилию. И от этого в душе больно, словно надела на себя тугой ошейник из колючей проволки.
— Мне нравится ход твоих мыслей, но такие подарки я буду дарить по ночам, а сейчас… — он открывает двери машины. Я заглядываю и ахаю, заметив Данилу. Он тут же тянется ко мне, обнимая так крепко, что у меня хрустят кости. Хрустят нервы. И снова слезы на глазах.
— Что ты… Что ты тут делаешь? Ты же должен был уехать… На том автобусе.
— Он сказал, что я могу тебе помочь, я согласился.
Я бросаю ненависти взгляд на Давида, а он уже отворачивается и разговаривает с кем – то по телефону.
— Ты как? — осматриваю брата. – Он тебе ничего не сделал?
— Ты за кого меня принимаешь?
— Я не с тобой разговариваю! Данил…
— Все нормально, только есть хочется.
— Ах да, праздничный семейный ужин. Но сначала поедем оформим документы.
— На опекунство? – не верю я своим ушам. Давил спокойно кивает.
— Садитесь в машину. Я заебался сегодня туда-сюда мотаться. Хочу знаешь ли массаж от своей послушной женушки.
— Я не умею.
— А я научу, ты не переживай, я тебя всему научу, — чуть толкает он меня в машину, а сам садится вперед.
Я тут же переключаюсь на Данилу. Обнимаю его, целую в висок. Если Давид сейчас оформит опекунство, это… Это не прощает его прошлые поступки, потому что это лишь повод меня контролировать.
****
Сегодня позвольте порекомендовать вам новинку отличного дуэта Королевой и Царицыной "Любить буду жестко"
- Данте, пожалуйста, если ты…
- Сначала ты мне покоришься, вопросы задашь потом, - ответил бандит, в черных глазах ни капли жалости, только похоть, затягивающая, обжигающая, откровенная.
Он хотел меня унизить, сломать.
Так, просто сделать то, чего он хочет. Но я не могла.
- Понимаю, любишь, когда ломают, любишь жестко, - процедил Данте.
- Да пошел ты! – Попыталась вырваться из захвата.
- Я помогу, если ты станешь моей содержанкой, послушной, покорной. Само собой, помолвку с Радимовым придется разорвать, и я хочу это видеть. Я хочу видеть, как ты бросишь жениха, чтобы стать моей подстилкой.
Глава 23.
Мы довольно быстро подписываем документы об опекунстве над Данилой. Судя по всему, женщина в службе по несовершеннолетним очень хорошо знает Давида. И очень долго и оценивающе рассматривает меня. Но мне плевать. Даже если они трахались. Самое важное, что Данила со мной. И что Давид и не подозревает о моей осведомленности его поступком в прошлом.