Мне тоже не мешало бы получить доступ к покоям господ. Так бы мне было проще осуществить задуманное.
Нас по очереди и досконально осматривали, словно готовили на выданье. Кому какой достанется ошейник принимала решение женщина в сиреневом. Торговец лишь молча следовал за ней, скрестив руки за спиной.
— Покажи ноги, — потребовала женщина, и я резко приподняла подол потрепанного платья, оголяя колени.
Она грубо схватила меня за руки и осмотрела пальцы, затем пощупала локти.
— Открой рот и высунь язык, — поступила следующая команда.
Я посмотрела на торговца, он испуганно выпучил глаза. Ему не хотелось расстраивать потенциальную покупательницу.
Сделала так, как она сказала. Даже головой повертела из стороны в сторону.
— Повернись.
Теперь мне осматривали голову, перебирая длинные свисающие локоны.
— Нагнись.
И тут я замерла. Никого из девушек до меня не заставляли нагибаться.
— Зачем? — испуганно бросила я, слегка обернувшись.
Женщина болезненно вцепилась мне в плечо и зашипела на ухо:
— Я. Приказала. Нагнуться.
Но я лишь сильнее стиснула зубы.
Опираясь руками о колени, я вмиг почувствовала, как задирается мое платье.
— Эй, что вы творите! — я выпрямилась и дерзко выхватила подол из рук женщины.
— Стража, — заверещала она, — схватить эту дерзкую дрянь.
Не успела я опомниться, как мне скрутили руки и силой заставили опуститься на колени. Огромная рука одного из охранников схватила меня за волосы и дернула назад, задирая мою голову.
— Черный!
Среди девушек пролетели ошарашенные вздохи.
— Несите сюда ошейник с черным камнем, — прямо мне в лицо выплюнула женщина и злобно оскалилась.
Глава 2
Черный?!?
Мне не послышалось?
Но мириться с такой участью я не собиралась. Злобно прорычав, я собрала всю силу и начала вырываться из цепких рук стражников.
Им понадобилось позвать подмогу, чтобы окончательно лишить меня возможности двигаться.
Практически распятая на земле, я часто дышала и следила яростным взглядом за женщиной. Она медленно приближалась ко мне, держа в руке ошейник с черным камнем.
О, Богиня! Неужели это конец?
Еще чуть-чуть и на моей шее защелкнется моя смерть.