Мы на острове Сальткрока: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ох! Ну кому это, спрашивается, нужны рождественские каникулы!

До Рождества еще целых четыре месяца, а все-таки жаль!

Мадикен всем показывает «Азбуку», и грифельную доску, и пенал, показывает их маме, и папе, и Лисабет, и Линус Иде, и Альве, и Аббе Нильссону. Она дает Альве полистать «Азбуку» и пописать немножко на грифельной доске, но при этом Альве приходится выслушать много наставлений.

Каждое утро, когда Мадикен уходит в школу, Лисабет провожает ее до двери и мечтает о том, как было бы хорошо, если бы и она могла пойти в школу с таким хорошеньким ранцем за спиной. Потом Лисабет ждет сестру, и время тянется для нее так медленно! Когда наконец Мадикен приходит домой, то тут оказывается, что ей еще надо учить уроки. Мадикен сидит в детской и читает громко, на весь дом.

— И, О, У, — читает Мадикен, — И, О, У.

Лисабет не может понять, почему это надо так долго читать одно и то же: И, О, У, — но ведь она еще не школьница.

Каждый день папа за обедом спрашивает.

— Ну что, Мадикен? Как дела в школе?

— Шик-блеск! — отвечает Мадикен. — Я лучшая ученица в классе.

— Кто же это сказал? — интересуется мама. — Ты или учительница?

— Мы обе так считаем, — говорит Мадикен.

Мама и папа переглядываются с довольным видом, знай, мол, наших! Зря они раньше беспокоились — школа даже из такой шалуньи, как Мадикен, может сделать человека.

Но дни идут, и Мадикен уже без прежнего рвения учит уроки. Маме приходится напоминать, что надо еще сделать примеры. Из детской больше не слышится «И, О, У», слышен только привычный грохот стульев — это Мадикен и Лисабет опять колобродят и все роняют и переворачивают.

Однажды вдруг раздаются новые звуки: «О, Адольфина! О, Адольфина! Вместе забыться!»

Маме это не понравилось.

— Фу, Мадикен, — говорит мама. — Что за дурацкие слова? Кто тебя научил этой глупой и пошлой песне?

Подумать только! Мама ничего не знает! Она не знает, какая замечательная вещь появилась у Нильссонов. Ведь это — граммофон! С большой-пребольшой трубой! Дядя Нильссон ставит пластинку «О, Адольфина!» каждый день и танцует под музыку с тетей Нильссон. Среди звуков, которые несутся из трубы, — шипения, скрипа и треска — можно кое-как расслышать и Адольфину. Но мама почему-то недолюбливает Нильссонов. Разве ее поймешь?

— Так как же, Мадикен? Кто научил тебя этой глупой песне?

Мадикен краснеет.

— Это… это Рикард, — говорит она наконец, потому что ей неохота признаваться, что она выучилась этой песне у Нильссонов.

— А кто это — Рикард? — спрашивает Лисабет.

— Кто Рикард? Это мальчик из нашего класса, — с бухты-барахты выпаливает Мадикен.

— Вот как? — говорит мама. — По-моему, тебе с этим мальчиком лучше не водиться.

Спустя несколько дней петушок из «Азбуки» вытряхнул для Мадикен пять эре, хотя, по правде сказать, она в последнее время не отличалась прилежанием. На пять эре в лавочке возле школы дают пять леденцов. Мадикен пообещала сестренке, что два принесет ей, поэтому Лисабет с самого утра только и ждет обещанного. Наконец Мадикен возвращается из школы, Лисабет встречает ее в прихожей.

— Бедненькая Лисабет! — говорит Мадикен. — Рикард слопал твои леденчики.

— Выпороть как следует надо Рикарда! — говорит Лисабет. Ей очень обидно.

Да уж, что правда, то правда — заслужил Рикард хорошую трепку! Но его дурацкие выходки на этом не кончились.

Однажды Мадикен пришла из школы в одной галоше, другая пропала. А ведь какая чудесная была галоша — черная, блестящая, на красной подкладке!

— Где у тебя вторая галоша? — спрашивает мама.

— Рикард взял и закинул в канал, — отвечает Мадикен.