Я наконец-то поняла, что я такое. Я — машина смерти с истёкшим сроком годности…
В опустошённой душе вырастало и разбухало умиротворение, я оттолкнулась ногами ото дна, раскинула руки и легла на спину. Я покачивалась на едва заметных волнах, а капли дождя стучали по маске и ласкали тело. Плачущее пасмурное небо изнутри наполнялось ярким свечением, передозировка выталкивала отчаянно колотящееся сердце наружу, сквозь грудную клетку, к свободе, ветру и дождю. Что-то сдавливало грудь изнутри, я тщетно пыталась вдохнуть воздух и не могла, но меня это нисколько не волновало — наконец пришло время раствориться в покое без остатка…
Последнее видение скользнуло надо мной — разбрасывая в стороны пламя и воду, перед взором беззвучно проплыло тёмное брюхо «Виатора», заходящего на посадку, — и я сомкнула глаза, сдавленная железной ладонью лёгочного спазма…
Какой-то шорох пробивался будто сквозь вату и достигал сознания.
Что это? Шелест воды в мире вечного октября? Радужный перестук колокольчиков на заре? Уплывающие за горизонт жёлтые пшеничные волны?
Я открыла глаза. Голова моя покоилась на мягкой подушке, а впереди, внутри огромного белого прямоугольника раскинулась бирюзовая водная гладь. Это же рай! Неужели я попала в рай? Я?!
Едва приподняв руку, я шевельнула белое покрывало. Нет, я всё ещё здесь, в старом больном мире. Или мой личный рай выглядит именно так?
— Лиза, — позвал смутно знакомый голос.
— Я умерла? — спросила я.
Обладатель голоса материализовался сбоку — кажется, я его где-то раньше видела. Видела его прямо здесь, но только окна в рай не было. Симпатичное смуглое лицо, усталые красные глаза, осуждающий взгляд. Захотелось убедиться, что я и правда в раю. Я протянула железную руку, чтобы коснуться красивого лица, а человек сказал:
— Если ты ещё раз попытаешься это сделать — я уйду навсегда.
— Скажи… Я в раю? — снова спросила я, пытаясь понять, что происходит.
— Нет, — жёстко отрезал человек. — Мы на Циконии, на архипелаге Маджи Хаи. Это самый дорогой оздоровительный курорт в Секторе.
Я водила рукой по его лицу, всматривалась в чёрточки, изгибы, пытаясь вспомнить, как его зовут. Кажется… Точно, его имя — Марк.
— Марк, — эхом внутренней пустоте повторила я. — Как я тут оказалась?
— Ты в отпуске, — сказал Марк, отвернулся и уставился за окно, на далёкие барашки бесконечных волн. — И пробудешь здесь ещё месяц. Тебе сделали полное переливание крови после клинической смерти от передозировки этим каптейнским дерьмом.
Каптейн, дьяволов сок… Всё было как в тумане, но что-то всё же всплывало из глубин памяти на поверхность. Я сделала дело, выполнила его до конца, а потом попыталась уйти на покой.
— А что дальше, Марк? — спросила я. — Что теперь будет? Я не знаю, что мне делать.
— А дальше ты будешь жить, хочешь ты того или нет, — сказал Марк, глядя вдаль. — Жить, как живут все — находить и терять, но упорно идти вперёд. Я видел — ты умеешь.
— Я ничего не умею, кроме как убивать… Я думала, мне это нравится. Но оказалось, что я вырвала его сердце… вместе с чем-то другим. — Под покрывалом я машинально коснулась груди — под кожей размеренно и даже немного лениво стучало сердце. — Здесь, внутри.
— Придётся научиться. Мочить людей ты больше не будешь. Дядя Ваня согласился взять тебя на поруки, и теперь ты будешь помогать ему в делах.
— Дяде Ване? — Я вспомнила его корабль, на котором успела побывать уже дважды. Вспомнила разлапистое дерево в каюте, которое так и норовило меня задушить. — Я не против. Только если он уберёт свою дурацкую пальму.
Марк устало улыбнулся и опустил взгляд — в его ладони лежал смартфон, включённый на громкую связь.
— Ты слышал, дед? Придётся переставить дерево.
— Ладно-ладно, переставлю, — механически заскрежетал динамик, в лишённом интонаций голосе чувствовалось неуловимое раздражение. — Теперь, когда твоя амазонка проснулась, ты уже можешь покинуть свой пост?
— Да, пожалуй. Увидимся завтра утром в порту Сваргии Бандару, в девять часов.
— До встречи. — Телефон замолк, и экран погас.
— Ну что ж, — сказал Марк, убирая устройство в карман. — Завтра утром я оставлю тебя одну. Мне нужно помочь отцу, он немного приболел. Надеюсь, ты тут без меня не наделаешь глупостей?
— Я постараюсь вести себя тихо, — честно пообещала я.
— Уж изволь, — кивнул Марк. — Тебе надо научиться отдыхать, а Цикония — лучшее для этого место. Солёный ветер, чистый океан, тёплая Глизе над головой… Знай себе, купайся да получай удовольствие от жизни…